Пророк

 – Эфиры растворятся, и дело пойдёт! Давай, держись! Так-то лучше!

Я качался, но вроде бы стоял. Шон заботливо поправил на мне пиджак, и только когда я поднял взгляд, я отчетливо увидел его лицо. И замер. Бледное, рыжее, с испариной на лбу, но самое главное – глаза: в них извивались здоровенные капилляры, а вокруг серых радужек было багровое кольцо. Казалось, что это не Шон, но какой-то зверь – содрал с него лицо и без особых церемоний натянул на своё.

– Ну что? До дивана сам дойдешь!?

Кажется, я кивнул, охреневши глядя на его.

– Тогда давай! Отдохни чуток, а мне нужно за другой стол, детка! Попозже подойду!

Он хлопнул меня по плечу и пошёл в другой конец балкона. Снова эта его «детка». Я проводил его взглядом, потом посмотрел на диван и девчонок. Подумал, мне и вправду стоит присесть. Я пошел к ним, с трудом переставляя ноги, и даже не заметил, что за моей спиной – внизу, на танцполе – с людьми творится не вообразить что…

Я рухнул на диван.

Когда подходил, Рейчел подвинулась и уперлась обратно в телефон, а Кристи, перевалившись через подлокотник, болтала с кем-то за соседним столиком и ржала как не в себя. А мне стало хорошо, я растекался по кожаным подушкам и даже не хотел вспоминать, что не так у Шона с лицом.

– Ты где так долго пропадал? – Рейчел перекрикивала шум долбёжки.

Я ей вроде что-то ответил, но даже в её сторону не посмотрел, вместо этого я наблюдал, как всё плывет и качается перед глазами…

И тут я почувствовал «фазу два».

Точнее сказать, я ощутил предвкушение трипа, который иногда навещал меня в тот период. Своеобразный флэшбэк, который я уже очень хорошо знал. Помню, в теле появилась странная тяжесть, и по дивану под моей задницей пробежала дрожь. Да и по всему оставшемуся помещению тоже. Зрачки, должно быть, расширились до предела, ведь несмотря на то, что вокруг было довольно темно, светочувствительность стала невыносимой.

И этим обдолбанным взглядом я обвёл весь второй этаж. В левой части балкона на небольшом подиуме колбасились люди. Они производили однообразные движения, точно заводные. Но время от времени их будто перекручивало от тяжелых ударов, которые прокатывались по клубу. Они приводили в движение всё: людей, стены, стулья и даже заставляли дрожать столик возле моих ног.