Трансформация

Проехав по длинным коридорам – свернув один раз налево, потом направо, потом снова налево, – мы докатываемся до небольшой кишки, в конце которой одна единственная дверь с надписью: «Процедурный кабинет», а выше горит красным лампочка: «Не входить». Мы подъезжаем к ней всё ближе и ближе.

Маргарет везёт меня на «стрижку»…

– Вот и всё, – она расталкивает передо мной створы и затаскивает койку внутрь вслед за собой.

Я слегка подскакиваю на небольшом пороге, и мы оказываемся в довольно тёмном кабинете.

– А вот и наш самый важный пациент! – она выразительно повышает голос, чтобы было слышно на всё помещение.

Через секунду из подсобки появляется высокий, седой, худощавый мужчина с широченной улыбкой на лице. На нём белый медицинский халат и шапочка на волосы:

– О! – завидев нас он начинает добродушно хохотать. – Как всегда вовремя!

Он натягивает хирургические перчатки на ходу и звонко хлопает резинкой по предплечью.

– Скажи доктору «Здравствуйте!» – просит меня Маргарет.

Я снова пускаю слюни по подбородку и пытаюсь нацелить оба глаза на дока, который сходу залезает мне в лицо, но у меня ни хрена не получается – глаза всё крутятся, как бильярдные шары.

– Сейчас мы тебя посмотрим, – говорит док.

Он засовывает пальцы мне в правый глаз, раздвигает веки пошире и светит фонариком.

– Реакция есть, – мой зрачок убегает куда подальше, закатываясь в череп вместе с радужкой, а второй, кажется, смотрит прямо на него.

Док осматривает мою вскрытую, как консервная банка, голову и вертит её из стороны в сторону, потом говорит:

– Ну что, приступим? – он улыбается во все зубы и снова немного хохочет.

Они с Маргарет отвязывают меня от койки и усаживают моё непослушное тело на деревянный стул. Потом приковывают к нему ремнями: руки, ноги и даже туловище, чтобы я не соскользнул, а голову закрепляют жгутом.

– Пациент, вы даёте согласие на процедуру? – снова шутит он.

К нему подходит Маргарет и передаёт прибор для декортикации – такая штука, похожая на сырорезку. Она отвечает за меня:

– Молчит – значит, согласен!

Они хохочут.

– Это хорошо!

И доктор, сунув руки мне в голову, срезает сырорезкой лоскут с моих мозгов, которые успели немного регенерировать с нашей прошлой встречи.