Кара Рентл. Расхитительница иллюзий

Да и какой смысл в ответах, если они всё равно ничего не поменяют.

Я здесь, в чужом мире, без друзей, любимых, иду за каким-то странным мужиком в монашеской рясе, сама не зная куда. Что меня ожидает там, где заканчивается эта тропинка, я тоже не представляю. Мне абсолютно непривычно жить исходя из принципа "Пойди туда, не знаю куда, получи то, не знаю что".

Слёзы бегут по щекам, но я их не вытираю. Иду молча за своим наставником, также молча рыдаю. Шмыгать носом стараюсь как можно тише. Очень не хочется, чтобы этот мудрейший, способный к телепортации, что не шагает, а пари?т над землёю, заметил мои слёзы.

Иначе начнёт выдавать какое-нибудь высоко-мудрое напутствие заблудшей душе из другой реальности.

Мне просто нужно выплакаться, и всё. По несбывшимся мечтам, по обманутым надеждам и одиночестве и просто тотальной невезухе. Ах да, и о будущем муже, которого я толком даже не знаю. Не представляю, как можно выходи?ть замуж за того, кого я видела лишь смутно во сне.

Может он и приятный на вид и по характеру вроде вполне надёжный и добрый, но всё равно как-то уже всё это странно.

Если здесь каждый будет решать за меня: что мне делать, как жить, чему учиться, кого любить, когда заканчивается мой завтрак, когда мне принимать душ, то я долго под таким прессингом не выдержу.

Сломом, иду сама себя накручиваю, и от этого на душе становится ещё тяжелее.

Учитель если и замечает, что со мной твориться что-то неладное, то великодушно помалкивает. Спасибо ему за это, а то говорить мне сейчас не очень хочется.

Сквозь мягкие подошвы лёгких мокасин я чувствую все твёрдые предметы, что попадаются под ноги: камни, мелкие сучья да палочки. Поначалу они доставляют мне массу неудобств, но постепенно стопы привыкают да и жалость к себе помогает отстраниться от физической боли.

Жёлто-коричневый пейзаж, сухая земля да солнце, палящее нещадно, настроения мне не улучшают.

Идём по дороге, которая теперь поднимается круто вверх. Растительности высохшей и жухлой, становиться с каждым шагом всё больше.

К ним прибавляются огромные камни, валуны да сухие ветки. Сквозь редкие стволы, насколько возможно разглядеть внизу, ничего не видно. Ни города, ни села, ни домика одинокого, на худой конец.

Затем тропа начинает спускаться. Обстановка вокруг меняется. Всё чаще мелькают зелёные листья на кронах деревьев и кое-где появляется изумрудного цвета трава.

Темп сенсей задал быстрый и к этому моменту нашего путешествия, я запыхалась не на шутку.