Глава клана 2

И еще так, чтобы не повредить находящийся внутри неё мёртвый плод!

И тем не менее случалось! Людей много, посадов много, да и дур, назло семье и очередному подонку, бросившихся перед родами в омут – тоже за века находилось немало. А Лихо, пусть существо и неспособное к размножению, считается условно бессмертным. То есть нет никаких доказательств того, что этот кривой-косой гигант может умереть от возраста или от других естественных причин.

В этот момент, избежав очередного смертоносного броска чудовища, мужчина вдруг понял, что он «готов».

Сложив пару печатей, активировал чары – и его родное пламя, заревев и закрутившись, стенобитным тараном ударило прямиком в грудь огромного монстра, ещё не успевшего отскочить. А затем он, недолго думая, метнул с обеих рук буквально звенящие от переполняющей их силы бесформенные изумрудные сгустки прямиком в поднявшуюся после удара о противоположенную стену человекоподобную фигуру с горящим алой звездой глазом и громко произнес:

– «Гунгнир»! Активация!

Непонятные кляксы, брошенные чародеем и, казалось, не так уж и быстро летевшие, словно повинуясь его словам, почти притянулись друг к другу, закрутились вокруг некой общей точки и, всё ускоряясь, рванулись вперёд, неумолимо сливаясь друг с другом.

Мгновение – и они превратились в небольшой практически белый шарик, перед которым образовалось явственно видимое глазом огненное веретено, и вот чары, взрывая под собой глубокую борозду в многометровом железобетонном монолите пола, врезались прямиком в грудь едва успевшего прикрыться руками гиганта.

Сверкнула вспышка – и свет померк, погрузив всё пространство арены в непроглядную тьму. Яма заходила ходуном, а ударная волна от взрыва заметалась между стен, круша и уничтожая всё подряд. С жутким грохотом обвалились с потолка тяжёлые чугунные фермы, на которых раньше крепились лампы. Словно шрапнель, со свистом разлетались во все стороны осколки, выбитые из стен и пола, а затем всё стихло… и только тогда посередине погруженной в черноту арены вспыхнули два светящихся зелёных глаза.

– Тордин, подай свет! – приказал их обладатель уверенным голосом. – Ты же знаешь, что мои глаза не так хорошо работают в темноте, как у всего остального клана.

– Будет исполнено, мой князь! – ответил чуть хриплый старческий голос откуда-то сверху, и через мгновение то, что осталось от древней арены, осветили приплывшие откуда-то бесчисленные чародейские светляки.