Олимп

…И так далее и тому подобное, – закончил Манмут.

– И так далее и тому подобное, – повторил Томас Хокенберри, доктор филологических наук.

Олимп заполнял собою все носовые иллюминаторы. По словам Манмута, высота вулкана над уровнем марсианского моря составляла всего шестьдесят девять тысяч восемьсот сорок один фут – на пятнадцать тысяч футов меньше, чем считали люди во дни Хокенберри, но вполне внушительная… «Более чем достаточно», – подумал Хокенберри.

И там, на вершине – заросшей травою вершине, – под мерцающей эгидой, которая сейчас переливалась в лучах утреннего солнца, обитали живые существа.

И не просто живые существа, а боги. Они воевали, дышали, ссорились, плели интриги, спаривались, не так уж сильно отличаясь от людей, знакомых Хокенберри по прошлой жизни.

И вдруг тяжелые тучи уныния, месяцами клубившиеся над головой Хокенберри, развеялись – как белые облака, которые сейчас уносил от вершины Олимпа северный ветер с океана, называемого морем Тетис. В этот миг Томас К.

 Хокенберри, д. ф. н., сполна ощутил простую и чистую радость быть живым. Отправится он в экспедицию или нет, он не поменялся бы местами ни с кем на каком угодно месте и в какой угодно эпохе.

Манмут повернул шершня к востоку от Олимпа, в сторону бран-дыры и Трои.

17

Пройдя силовое поле, окружавшее дом Одиссея на Итаке, Гера перенеслась прямиком на вершину Олимпа. Зеленые склоны и беломраморные здания с колоннами на берегу Кальдерного озера сияли в более слабых лучах более слабого солнца.

Поблизости материализовался колебатель земли Посейдон:

– Дело сделано? Громовержец уснул?

– Громовержец издает громовые раскаты своим храпом, – ответила Гера. – А на Земле?

– Все как мы задумали, о дочь Крона. Недели нашептываний и тайных советов Агамемнону и его военачальникам принесли плоды. Ахиллес, как всегда, бродит по красным долинам под нами, так что Атрид в эту минуту поднимает разгневанное большинство против мирмидонцев и других верных Ахиллесу войск, оставшихся в стане.

Затем они направятся к стенам и открытым воротам Илиона.

– А троянцы?

– Гектор все еще отсыпается после ночного бдения у горящих костей брата. Эней по-прежнему здесь, у подножия Олимпа, но без Гектора никаких действий против нас не предпринимает. Деифоб с Приамом обсуждают намерения амазонок.

– А Пентесилея?

– Менее часа назад проснулась и облачилась в доспехи для смертного боя с Ахиллесом, и двенадцать ее спутниц тоже.