Деонискины рассказы

Не остави, святый, раба твоего, слышишь? Помоги…

Ксения Эдуардовна закрыла лицо руками, и её тело стало дёргаться в немых конвульсиях.

– Доброе утро, – послышался приятный (с ранним налётом сексуальной хрипотцы) мужской голос. – Богдан Глебович Орлов. Прибыл на подработку!

Внешность бывает разной: уродливой, невыразительной, привлекательной. Грубый факт, не более. Вопрос в другом: судьи кто?

«Вкусы – дело индивидуальное, – ответит читатель, – субъективное. Что восхищает одних, равнодушно для вторых!» Тысячу раз справедливо, ибо правда у каждого своя, однако, истина… истина одна.

Ксения Эдуардовна смешалась, загипнотизировано следя за каплей воды, что стекла по отросшей до глаз чёлки, упала на здорового румянца правильно очерченную (относительно истины) скулу, скользнула вниз и, задев краешек сочных губ, остановилась на волевом подбородке. Проглотив слюну, не своим голосом сказала:

– Простите?

– Богдан Глебович Орлов, прибыл на подработку, – скороговоркой повторил молодой человек.

 – Вас, что, разве не предупредили?

– Н-нет.

– Бардак, однако.

– Бардак, – согласилась Ксения Эдуардовна и, овладев собой полностью, проводила Орлова в раздевалку. На обратном пути поинтересовалась:

– А вы, с какого магазина будете?

– Да я, собственно, нигде не закреплён. Первый день работаю.

– СВП?

– Ну.

– Гм, тогда не завидую.

– Почему?

– Сейчас увидите, – сказала Ксения Эдуардовна и, когда они вышли в зал, глубоко вздохнула.

 – И вот такое, извиняюсь, ****ство каждый божий день.

– Так-так-так, а вот с этого места поподробнее.

– Да, пожалуйста, – сказала директор и, не скупясь на пикантные выражения, поведала, как устроена политика их торговой сети.

– Получается, нет у бизнеса человеческого лица? – подытожил Орлов.

– Получается, – подтвердила Ксения Эдуардовна.

Когда фронт работы был определён, Богдан Глебович сразу приступил к выполнению своих обязанностей.

Приступил бойко, с энтузиазмом. Полчаса на тележку – так гласит регламент, а потому Богдан Глебович запланировал до первого из двух пятнадцатиминутного перерыва (до которого было три часа времени) осилить минимум пять тележек. Увы и ах – чуда не произошло. Споткнулся Орлов на вине. Расставляя пойло, Богдан Глебович смутился, когда обнаружил одну и ту же марку на разных полках. Решая данный вопрос, он также обратил внимание на смешение ценовой категории.