Жемчужная река. Герцогиня Клавдия

Хозяин ввел их в тесную, нищенски обставленную конуру, воздух которой был пропитан дымом.

Гости оглянулись. Меблировка состояла из длинного черного сундука, сделанного из гроба, куда хозяин прятал свои лохмотья, и грязных, заваленных тряпками нар, возле которых еще дымилась трубка опиума.

Увидев такое доказательство нарушения приказа против курения опиума, Минг почувствовал прилив служебного рвения. Он резко распек бы попавшегося подчиненного, а может быть, арестовал бы его, если бы контрабандист не сказал ему по-английски:

– Надеюсь, вы не собираетесь составить протокол?

– А почему бы не составить?

– Да хотя бы потому, что, может быть, именно я продал ему этот опиум, пропущенный вами через таможню.

– А ведь правда, – спохватился бывший начальник форта Бокка-Тигрис. – Впрочем, нам сейчас не до этого.

И, повернувшись к Ру Ми, почтительно стоявшему на коленях в ожидании, когда высокий гость соблаговолит заговорить, мандарин спросил:

– Ты, кажется, назначен казнить пиратов в Гонконге?

– Да, господин, – ответил Ру Ми, поднимая голову.

 – Послезавтра утром.

Если бы Лиу Сиу присутствовала при этой беседе, она дрогнула бы от ужаса и отвращения, узнав хозяина хижины. Это был палач, притащивший ее на аркане в суд и пытавший во время заседания.

– Что ты должен с ними делать – повесить или обезглавить? – продолжал Минг. – Я еще не видел резолюции наместника.

– Я сегодня получил приказ, – ответил палач. – Там сказано, что по закону можно рубить голову только тем, кто убивал китайцев.

А пираты грабили и убивали англичан. Поэтому их приказано повесить.

– Только англичан. Вот нелестное различие для британского флага, – пробормотал Перкинс, – но на этот раз я не протестую.

Палач говорил правду.

В Китае очень редко рубили головы. Китайцы вообще презирают человеческую жизнь, но, с другой стороны, придают огромное значение тому, чтобы тело их оставалось после смерти нераздробленным. Вот почему, пробривая темя, они непременно оставляют на макушке клок длинных волос, за который ангел смерти должен вознести их в селения блаженных.

Иначе в рай попадает одна голова, а все тело умершего остается на земле, лишенное вечного блаженства.

– Ты, кажется, знаешь в лицо осужденных, – продолжал Минг, пропуская воркотню Перкинса мимо ушей.

– Да, – ответил Ру Ми.

Вопросы мандарина все более его смущали.

– Одного из них зовут Пей Хо. Это их бывший атаман.

– О да. Этого я помню. Крепкий парень.