Кровавый след

Нам точно известно, что он отмывает деньги для сомалийских пиратов, для нигерийских скамеров и наркоторговцев, для мозамбикских автоугонщиков. Второе. Международный экономический кризис больно ударил по Мэки. Он потерял инвестиции в Дубае, оборот упал больше чем на шестьдесят процентов, сейчас он ведет бой. Третье. Мэки – воинствующий мусульманин из Омана, где в последнее время поднимает голову «Аль-Каида». И четвертое: Мэки питает слабость к «Аль-Каиде». Благодаря своему успеху, богатству и склонностям он занял выдающееся положение в соответствующих кругах.

Положение, которое он всеми силами желает сохранить.

Квинн помолчал, давая Менц возможность обдумать сказанное.

– Главная интрига нашей драмы заключается в том, что Читепо страстно хочет продать алмазы, а Мэки считает, что камешки по праву принадлежат ему. По крайней мере ему принадлежит половина – так они договаривались изначально. Так или иначе, Мэки пронюхал о новых планах Читепо и полон решимости перехватить алмазы – свое добро.

Трудность в том, что у него больше нет друзей в Зимбабве, а сам он находится в Омане. Что же он может сделать? Единственный выход – переговорить со своими единоверцами, которые находятся ближе всего к месту событий, со своими мусульманскими братьями.

– С Верховным комитетом, – сказал Адвокат Тау Масило.

– Вот именно, – кивнул Квинн. – Вот почему Мэки позвонил первому второстепенному персонажу в нашем спектакле. Сулейману Долли, председателю Верховного комитета.

– А наш «крот», Измаил Мохаммед, подслушал их разговор.

– Точно. Мэки знал, что Долли и Верховному комитету срочно требуются деньги на проведение задуманной ими операции.

– Для операции на месте… Если верить Измаилу Мохаммеду, они хотят купить партию оружия.

– И вот на сцене появляется второй второстепенный персонаж, Юлиус Шабангу по кличке Инкунзи. Чутье подсказывает мне, что привлечь Шабангу порекомендовал Мэки. Не забывайте, основная «специальность» Мэки – отмывание денег.

Видимо, о существовании Шабангу он узнал от своих друзей-угонщиков из Мозамбика. А может быть, он уже вел с ним дела напрямую…

– Кроме того, – подхватил Тау Масило, – нам известно, что в Гаутенге на Шабангу работают много зимбабвийцев. Они угоняют машины.

– Вот именно, – согласился Квинн. – Из его досье, собранного «Скорпионами», нам удалось узнать, что он также подозревается в изготовлении фальшивых паспортов для зимбабвийцев и нигерийцев.