Кровавый след

Знаете пословицу: лучше мелкая птичка в руках, чем…

– Мак!

– Ладно, матушка. Птичка так птичка. «Вороны». И Вилли… Прямо по Фрейду, чтобы не сказать большего…

В двадцать пять минут первого Квинн просунул голову в кабинет Масило.

– Только что мне звонил Рейнхардт Ронн, наш человек в Намибии. Он в зале прилета аэропорта Уэлвис-Бэй, ждет Османа.

– Он понимает, что не должен бросаться в глаза?

– Понимает.

– Как он узнает Османа?

– Я послал ему на мобильник три фотографии.

Масило с довольным видом кивнул:

– Держи меня в курсе.

– Хорошо… – Квинн замешкался на пороге. – Адвокат, не нравится мне эта Птичка-Невеличка де ла Крус…

– Да?

– Если Верховный комитет что-нибудь перепутает… в Кейп-Флэтс может вспыхнуть война. Если Сулейман Долли начнет что-то нашептывать своим дружкам-мусульманам из ПАГАД… Население, настроенное против бандитизма и наркотиков, может слишком перевозбудиться…

– Не думаю, что Долли настолько глуп. Ему нужны алмазы, а если он спровоцирует беспорядки, контрабандисты, скорее всего, найдут другого покупателя.

Квинн покачал головой:

– Надеюсь, что ты прав.

В четырнадцати километрах к востоку от Уэлвис-Бэй – и всего в двух километрах от границы национального парка Намиб-Науклуфт – находится аэропорт Уэлвис-Бэй, крошечный оазис на бескрайних, плоских просторах пустыни Намиб.

Современное здание аэропорта с серой стальной крышей и стенами, выкрашенными в оранжево-розовый цвет, стояло среди пальм и отдельных кусочков зеленого газона.

На взгляд Рейнхардта Ронна, сотрудника Президентского разведывательного агентства, величайшим преимуществом и одновременно недостатком служило то, что здание было относительно небольшим, а сам аэропорт – сравнительно малолюдным. С одной стороны, залы прилета и вылета располагались рядом, за ними было легко наблюдать. С другой стороны, у человека, который старается не бросаться в глаза, почти нет возможности спрятаться.

Ронну исполнилось пятьдесят один год, он был опытным сотрудником.

Он стоял у окна и смотрел на взлетную полосу, желая заранее опознать Османа, как только тот выйдет из самолета и направится в здание аэропорта. Ронн запомнил его лицо, цвет сшитого на заказ костюма (светло-коричневый), рубашку с открытым воротом (голубую) и небольшой черный дорожный чемодан на колесиках.

Он не спеша вышел из здания аэропорта, прошел по мощенной серым камнем дорожке к стоянке, где стоял его белый пикап «тойота».