Квантовый сад

Как бы ни был Белизариус не согласен с выбранным Homo quantus образом жизни задумчивых отшельников, Гаррет был создан с любовью и ощущался им как родной дом. Вот только сам он был искажением, явившимся в этот рай.

Никто не вышел их встречать: это было не в обычае Homo quantus. Все занимались исследованиями или планированием следующих ступеней эволюции, пребывая в savant или даже в квантовой фуге. Каждый делал свое дело в одиночестве.

Мощеная тропинка привела их к округлому административному зданию у западной стены колонии.

Слегка окрашенное стекло в алюминиевых переплетах успокаивающих простых очертаний, крыша, заполненная яркими цветами с еле уловимым ароматом. Стеклянные двери разошлись в стороны, открывая вид на кабинеты инженеров и обслуживающего персонала.

Homo quantus, непревзойденные творцы в области науки, предпочитали в архитектуре и украшениях более прозаичные решения. Они именовали комнаты по цвету окон: желтый – зал заседаний, фиолетовый, синий и оранжевый – кабинеты.

В дальнем конце небольшого здания находился зеленый кабинет мэра. Белизариус и Касси пошли туда.

Мэр Лина Архона улыбнулась, слегка поклонившись Касси. Лина возглавляла проект Homo quantus. Аналогично Белизариусу, в ней смешались африканские и колумбийские крови метисов с Земли. Несмотря на то что Лина, как и Касси с Белизариусом, принадлежала к девятому поколению, с теми же органами и особенностями, она была одной из многих, лишенных способности входить в состояние квантовой фуги.

– Добро пожаловать домой, Кассандра. Мы по тебе скучали, – сказала Лина и посмотрела на Белизариуса: – И ты тоже вернулся. Надеюсь, это к добру?

Белизариус глянул на Касси. Та чувствовала себя неловко. Позади них начали собираться люди.

– Давайте сядем и все обсудим, – сказала мэр.

В кабинете Лины стоял стол; к шести имевшимся креслам принесли еще пару, из других кабинетов. Белизариус поприветствовал членов совета колонии, Огюстена Урибе, Беатрис Пашон, Никола Сампера, а также их помощников, Татьяну Мелендес и Марсело Арсиньегаса.

Все коротко кланялись друг другу. Большинство Homo quantus негативно реагировали на физический контакт – отчасти в силу врожденной интроверсии, отчасти потому, что не все были способны адекватно контролировать свои электропластины (удар током при рукопожатии мог оказаться болезненным).

Они заговорили о мелочах.