Фермер

– То, что мы сегодня увидели тут, даже я с ума чуть не сошёл, не мог уснуть, всё переваривал! Особенно слова этого фрица про этих детей. Победили бы они, что вообще было бы с нашими чадами? Ты спи, Вень, я рядом посижу, завтра тебе ясная голова нужна.

4

– Товарищ полковник, Вениамин Викторович,там НКВД, прибыло, наглые рожи! Требуют Вас – Старшина Евсюков бежал, пытаясь не отстать от командира, по засыпанной мелкими булыжниками дорожке от усадьбы в концлагерь, где в пустых вагонах разместили заключённых.

Служба тыла работала беспрестанно, мелкими порциями подкармливая измождённых, чтобы отвыкшие желудки не погубили желанием сразу насытиться. Гул стоял на всех языках Европы. Эта картина воодушевила Вениамина, но новость о прибытии сотрудников НКВД расстроила.

– Рановато! В 5 утра уже здесь! – недовольно выразился он, подтягивая гимнастёрку.

– Не к добру это, не к добру! – вторил дядя Вася, как всегда выражая все свои эмоции шевеля белыми усищами.

У ворот в ряд стояли шесть новеньких автобусов, у каждого автоматчики в подтянутых кителях, с неподвижными лицами, как оловянные солдатики.

– На передовую их всех! – шептал у уха дядя Вася. – Гляди, какое обеспечение!

– Капитан Смирнов! – высокомерно представился офицер с надменным лицом.

– Полковник Колесников! – не показывая эмоций, представился и ждал, что дальше скажет капитан.

– Сейчас загрузим организованно всех людоедов! Советских отдельно, европейцев отдельно, всех хромых, больных, женщин, детей – сделав паузу, чекист достал пакет, вручил Колесникову, – за них несём ответственность уже мы.

Приказ сверху.

– Ясно, нам меньше хлопот – читал Вениамин секретные документы – странно, здесь ни слова о людоедах.

– Об этом известил вас я лично, не наше с вами, полковник, дело рассуждать о приказах – словно дав подзатыльник собеседнику, капитан в тёмно-синих галифе, стукнул каблуками, повернулся, небрежно последовал к автобусам.

– Старшина Евсюков, идите с капитаном, сдайте заключённых из последних двух бараков поимённо! Под роспись! – акцентировал на последние слова Колесников, отойдя в сторону, где медицинская служба осматривала больных.

Взвод НКВД оцепил кольцом отдельно стоящие вагоны с людоедами, начали погрузку.

– Дядя Вася!

–Да, товарищ полковник! – как всегда рядом оказался ординарец, с первых дней войны они были неразлучны.

– Что-то не нравится мне этот тип Смирнов, да и его солдаты.