Кровавое зарево над Синаем

– А я был, -с рязанским акцентом буркнул дядя Вася, располагая на тумбочке фотографии, где он с супругой в компании трёх дочерей, – это мои барышни, – с любовью поглаживая рамочку, он сказал.

Вкратце узнав друг о друге, по очереди от чистого тела и воздуха уснули на новых местах.

26

– Подъём! -громкий голос командира взвода разрезал вакуумную тишину палатки, – на пробежку!

На узкую дорожку выбегали спросонья взрослые мужики. Горнист трубил подъём. Ещё не веря, что надо жить по командам, что сейчас придётся бежать несколько километров, зевая, поправляясь, целый взвод потрусил за своим командиром.

Для закостенелых, отвыкших от спорта тел, бег по морозу с утра рано был шоком. Ведь это были только первые дни, когда занятия начинались в щадящем режиме. Утром бег с каждым днём все дальше и быстрее, туалет, умывание и плотный завтрак, теория в оставшийся день после физических нагрузок.

Первые несколько дней Руслану не оставалось даже сил для болтовни, падали замертво.

Тело ныло и болело так, что трудно было сделать шаг. Сергей несколько раз уж чуть не заскандалил с молодым лейтенантом Пётром, с командиром взвода:

– Мне, не как тебе 20, уж не дави так.

На что Пётр отвечал суворовскими словами:

–Тяжело в учении, легко в бою!

И с невозмутимым видом подгонял дальше. Дядя Вася увальнем, влево – вправо наклоняясь, уставая невероятно, мычал что -то под нос, но бежал. Руслан же несколько дней был молчалив, поник, но тоже волочился.

Стас один легко переносил нагрузки в силу молодости и натренированности. Через неделю только перед отбоем в свободное время четвёрка заговорила. Руслан уже с румянцем на щеках завёлся:

– Вот это прокачка, нас спецназовцы гоняют, те, кто в малиновых беретах, это краповые, они звери.

– Да уж, поддали нам жарку, я уж хотел обратно уехать, – промычал дядя Вася, – да деньги нужны, девочек на ноги ставить, в Рязани -то работы нет вообще! Вот друг мне и посоветовал, здесь около 200 тысяч рублей, в месяц люди получают.

– Дядя Вася, а если прибьют? – спросил Сергей.

– Тогда пенсию детям будут платить! с какой -то глубокой тоской ответил тот.

– Вот довели народ, мужик российский и в 21 веке готов жизнь положить, лишь бы детей прокормить, -чуть в слух не выругался Парфенов

– А я ненавижу радикалов, – включился Стас, – у меня друзья на войне погибли, лучше я их там, чем они нас здесь.