Отель Джабалай

Это не могло не угнетать, хотя девушка пыталась этого никому не показывать, но иногда эмоции давали своё. Она упрекала своих родителей в этом, и вот она отправляется ее в отель, заклиная себя, как Шейх Мусса, о том, что вернётся она оттуда совершенно другим человеком.

Шелди вновь сняла шорты, бросив их на кровать. Эфи краем глаза заметила это и нервно сглотнула.

– Ты ещё долго будешь красоваться? Время-то! А то, так с твоими переодеваниями мы приедем к концу тусовки! – сурово произнесла Эфи, спрыгивая с широкого подоконника.

– Да я готова уже. Вот не знаю, брать ли к Максу купальник? Там же будет бассейн?

– Будет. Бери!

Шелди вновь полезла в шкаф, вываливая груду купальников на пол.

– Ты какой наденешь? – спросила Шелди у подруги.

– Любой. Но, я не думаю, что буду плавать, – пожала плечами девушка.

– Возьми хотя бы с собой! – подруга сунула ей в руки веревочки. – По приезде я жду тебя у себя дома. Тут прекрасно дышится. Рядом лес. Будем вместе ездить в институт!

– Это прекрасно, – выдавила улыбку Эфи, поджимая тонкие губы.

– Это чертовски прекрасно! Мы будем как сестры. Всегда мечтала о сестре. Ты же видишь, моим родителями совершенно не до меня, – вздохнула блондинка, говоря это так спокойно, словно она к этому уже давно привыкла.

А так и было на самом деле. Она к этому действительно привыкла, и кроме Эфирии у неё никого не было, с кем бы она могла поделиться своими душевными травмами. У Эфирии прекрасная семья, где царит любовь и взаимопонимание.

И ее семья действительно походила на здоровую семью, что нельзя было сказать о семье Белмехаер. Ее мать была вечно в разъездах, как и отец. У них не было семейного ужина, на ночь никто кроме няньки не читал ей сказки, под которые она сладко засыпала, а на день благодарения к ним не приезжали родственники. Ни разу за восемнадцать лет. Семья была, но по факту это было три совершенно чужих человека, собравшихся по случайности в одном месте.

Даже, когда они все втроём по стечению обстоятельств встречались в коридоре, это было настолько напряжённо, что хотелось побыстрее слинять в соседнюю комнату, чтобы не чувствовать себя лишней в жизни своих родителей.

Однако ее мать всегда была на ее стороне, и, понимая сложившуюся жизнь дочери, что она не может уделить ей достаточно внимания, с радостью согласилась принять ее подругу у себя в огромном пентхаусе, где только прислуге выделялась половина верхнего этажа.