Лавандовый Хамелеон

Но в такой ситуации соображать получалось крайне сложно. Она только отошла от того отеля, как сейчас впуталась в новое приключение и стала главной подозреваемой в убийстве Скотта! Она же не сошла с ума? Ее явно подставили!

Вокруг тишина, лишь шум волн, бьющихся о камни, было слышно в морской глуши. С парома вновь послышался гудок, и с трапа спустился мужчина с клинком в руках и перемотанной левой ногой. Он уставился на девушку одним глазом и проворчал:

– Опаздываешь? Где твой билет? – прохрипел тот, протягивая к Лидии крючковатые пальцы.

Девушка протянула помятый листок. Тот скептически уставился на него, и протерев им пот со лба, вернул его обратно Лидии.

– Ох, кто ж тебя так любит, дорогая моя Энн Бонни! Поднимайся на палубу. Мы отправляемся через несколько минут!

Феликс радостно вышагивал по берегу, зачерпывая мыскам кед прохладную воду океана. Такого мнимого и фальшивого океана! Или моря? Или озера? Или это была галлюцинация его озабоченной психики? Под его ступнями слышался хруст мелких рачков, выбравшихся на берег в поисках гниющих водорослей – что считалось их любимой пищей.

Парень подкинул кверху кепку и ловко поймал ее одной рукой прямо над поверхностью воды. С его лица не сходила улыбка.

Раздался оглушительный выстрел.

Корабль дал швартовый и отступил от гавани. Покачиваясь на легких волнах, пара матросов подбежали к пушкам и подожгли фитиль. Запах пороха разнесся по палубе, когда те громко издали хлопок, ядро, оказавшись на большом расстоянии от суши, превратилось в сотню маленьких огоньков, перерастающих в огромный фейерверк.

Но, как жаль, что такой масштабный салют, разразившийся с тринадцати одинаковых кораблей, никто и никогда не увидит…

Лидия слонялась по палубе в поисках живых людей, но кроме бегающих парней в полосатых футболках никого не было видно. Завидев ее, один из коренастых мужчин спустился с мачты и выхватил из ее рук сумку.

– За мной, – грубо произнес тот, и открыв люк спустился в него.

Сквозь трещины в палубных досках в коридор просачивался солнечный свет.

Зеленый ворсяной ковер, которому по внешнему виду было не менее десятка лет, стелился между множеством миниатюрных дверей, при входе в которые приходилось склонять голову. Миновав несколько таких, матрос остановился и снял с ремня тяжелую связку ключей.

– Твоя каюта, пока мы не прибудем на место, – он закинул сумку девушки в маленькую кабину, и как только Лидия зашла внутрь – резко захлопнул ее, повернув дважды ключ в замке.