Рыцарь-Инженер. Книга первая

 – Верд, ты говорил, что твой сын талантлив?

– Не стоит, Отто…

– Нет, стоит! – твёрдо ответил отец. – Эсток должен понять, что порой слова опаснее любого оружия.

– Ладно… Сабер… – озвученная идея гостю явно не нравилась. – Давай стандартный учебный бой. Ты только поаккуратнее с молодым господином Эстоком.

– Как скажешь, попо’нъ… – безразлично ответил паренёк, скидывая плащ, затем куртку, а потом и то, что было под ней.

«Ага… вот значит, как», – подумал я, мысленно улыбаясь.

Я тоже поспешил снять курточку и рубашку, поймав при этом удивлённый взгляд Верда, явно заценившего мою не по возрасту рельефную мускулатуру.

А то, знай наших.

В сад выбежала бледная испуганная мама, которую тут же перехватил отец. Вскоре появились Мисилиса и девочки, начали подтягиваться и другие слуги, и даже кое-кто из охраны, видимо, свободные от несения службы. Весть о том, что Молодой Господин будет с кем-то там драться, вызвала всеобщий переполох.

Встав напротив Сабера, я тут же наткнулся на его холодный и даже какой-то оценивающий взгляд.

Парень уже принял стойку, похожую на боксёрскую, ну а я, чтобы не вызывать ненужные вопросы, изобразил нечто среднее между: «дайте мне по роже, я бешеный ботаник!» и «оп-па, я, кажется, уже обделался!»

– Начали! – громко сказал Верд, и его сынок сразу же попёр на меня.

Ну как попёр… Чего вы хотите от шестилетнего пацана, пусть даже его чему-то там учили? Хотя, конечно, видно было, что драться на улице ему приходилось.

А так, обычные неотточенные детские удары, слабые и безобидные.

Я в этом теле был, конечно, тоже не Брюс Ли, но я то хоть понимал, что и как надо делать. Да к тому же на тренировках отрабатывал кое-какие удары по деревьям, заставляя Мисилису цепенеть от ужаса, когда возвращался в особняк с разбитыми костяшками.

Так что особого махача у нас просто физически не могло получиться. Увернувшись от кулачка паренька, я пробил ему прямой в челюсть, после чего схватил за руку, поставил подножку и… не сдержался, взял локоть на рычаг.

– Стоп! – хором закричали батя с Вердом, кинувшись к нам, но я уже отпустил парнишку.

Сабер полежал пару секунд. Сел, обвёл толпу безразличным взглядом. Посмотрел на меня, потрогал свою разбитую в кровь губу, хлюпнул носом и искренне заревел. Спустя секунду, вторя ему, заголосила сестра, явив миру воистину крокодильи слёзы, которую тут же, непонятно зачем, поддержали сестрички-кошкозайцы.