Волк среди теней

За ней оказалась металлическая ванна, полная теплой, чуть надушенной воды. Он разделся и забрался в нее. Наконец, ощущая себя чистым, он выбрался из ванны и на месте своей одежды увидел белую шерстяную рубашку и серые брюки. Такая замена его нисколько не встревожила, и он надел их. Они облегали его, словно сшитые по мерке.

Женщина по-прежнему сидела за столом, и он опустился на стул напротив. Еда была незатейливой: тушеные овощи, свежие фрукты, родниковая вода, которая казалась вкуснее вина.

Они ели молча, а потом женщина встала и сделала Шэнноу знак пойти за ней в соседнюю комнату.

Шэнноу оказался в кабинете без окон, где два глубоких кожаных кресла были придвинуты к столику со стеклянной крышкой, на котором стояли две чашки душистого чая.

Шэнноу подождал, пока женщина не села, а тогда сел сам и обвел взглядом стены. Они, казалось, были каменными и тем не менее мягкими на вид, будто обитые плотной тканью. На стенах висели картины, главным образом изображавшие животных – оленей и лошадей, пасущихся у подножий гор в снежных шапках.

– Вы далеко заехали, мистер Шэнноу. И вы устали.

– Да, очень, госпожа.

– Вы едете в сторону Иерусалима или в противоположную?

– Не знаю.

– Для Каритаса вы сделали все, что смогли. Не горюйте.

– Вы его знали?

– О да! Несгибаемый упрямец, но вместе с тем добрейшая душа.

– Я обязан ему жизнью. И не сумел вернуть свой долг.

– Он не смотрел бы на вас как на должника. Для него, как и для нас, жизнь – не баланс долгов и уплат.

Что вы чувствуете к Донне Тейбард?

– Я сержусь… сердился. Здесь трудно ощущать гнев.

– Не трудно, мистер Шэнноу, а невозможно.

– Что это за место?

– Святое убежище. Здесь нет зла.

– Но как можно было добиться подобного?

– Ничего не делая, мистер Шэнноу.

– Но здесь есть сила… грозная сила…

– Да, и в этом загадка для тех, кто имеет глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать.

– Кто вы? Что вы такое?

– Я Руфь.

– Ангел?

Тут она улыбнулась.

– Нет, мистер Шэнноу, я женщина.

– Простите, но я не понимаю, хотя чувствую, что это очень важно.

– И вы правы, но пока отдохните. Мы поговорим завтра.

Она встала и ушла. Он услышал, как затворилась дверь, и поднялся на ноги. У дальней стены была постель, он лег на нее и уснул без сновидений.

Бетик вошел в дверь следом за Шэнноу и оказался в круглой комнате, выкрашенной в мягкие алые тона.