Волк среди теней

– Гамбион, возьми десять человек и прочеши окрестности. Всем уцелевшим, кого повстречаете, велите идти к Игеру. А если наткнетесь на таких, кто не знает гор, проводите их.

– Мужчин и женщин?

– Мужчин, женщин, детей – кого увидите.

– Зачем, Даниил? Нам и самим припасов не хватит.

Кейд пропустил его слова мимо ушей.

– Пек, возьмешь двенадцать человек. Сбивайте в стадо заблудившуюся скотину – лошадей, коров, коз, овец. Их там должно бродить много. Сгоняйте их в Каньон Родников, а у прохода сделайте загон.

Там вдосталь сочной травы. И чтобы никто не вздумал вступать в бой с исчадиями! Едва завидите их – улепетывайте. Понятно?

Оба кивнули, и Гамбион открыл было рот, но Кейд поднял ладонь.

– Хватит вопросов. Действуйте!

Кейд прохромал через лощину туда, где сидел Себастьян, низкорослый юнец девятнадцати лет с желтоватым нездоровым цветом лица. Однако как следопыт он превосходил самых опытных игерских горцев.

– Выбери коня получше и проследи исчадий. Им должны подвозить припасы, патроны и всякое такое.

Разведай, каким путем.

Кейд повернулся, и колено подогнулось. Он проглотил злобное ругательство и стиснул зубы от раскаленной боли. С того случая прошло два года, и за этот срок не выпало ни единого дня, когда бы боль не была нестерпимой.

Как ясно он помнил то утро, когда он с Гамбионом и еще пятерыми въехал в рыночный городок Ольон и увидел посреди пыльной главной улицы одинокую фигуру.

«Тебе здесь нечего делать, Кейд», – сказал этот человек.

Кейд заморгал и наклонился вперед, чтобы получше его рассмотреть.

Высокий, седые волосы по плечи, пронизывающие глаза, которые видели человека насквозь.

«Йонафан, это ты?»

«Адские силы, Даниил! – сказал Гамбион. – Это же Иерусалимец!»

«Йонни?»

«Мне не о чем говорить с тобой, Даниил, – ответил Шэнноу. – Уезжай отсюда. Отправляйся в Ад, где твое место».

«Не суди меня, братик. У тебя нет на это права».

Шэнноу не успел ответить: ездивший с Кейдом юнец, дурак-мальчишка по имени Раббон, вытащил из-за пояса кремневый пистолет и взвел курок.

Шэнноу сбил его выстрелом с седла, и пыльная улица превратилась в хаос встающих на дыбы лошадей, треска выстрелов, вопящих людей и стонов умирающих. Случайная пуля размозжила Кейду колено. Гамбион, раненный в руку, ухватил поводья его лошади и ускакал с ним. Позади они оставили пятерых уже мертвых или умирающих своих товарищей.

Три недели спустя добрые жители Ольона отправили Шэнноу восвояси, и Кейд вернулся со всеми своими людьми.