Волк среди теней

– Всякий раз, когда вы говорите, я почти понимаю вас, но затем вы словно переноситесь куда-то еще. «Люгеры», «кольты», бестселлеры… Я не понимаю, о чем идет речь.

– Естественно, мой мальчик. Разве не сказано в Библии: «Я творю новое небо и новую землю, и прежние уже не будут вспоминаемы и не придут на сердце»?

– Вот первое из всего вами сказанного, что я понял. Где фургоны?

– Какие фургоны, мистер Шэнноу?

– Я ехал с караваном.

– Мне о нем ничего не известно, но, когда поправитесь, вы сможете отыскать его.

– Ваше имя мне знакомо, – сказал Шэнноу, – но я никак не могу сообразить почему.

– Каритас. «Любовь» по-гречески. Если я говорю голосами человеческими и ангельскими, а каритас не имею… милосердия, любви… Вспомнили?

– Мой отец повторял это, – сказал Шэнноу с улыбкой. – Вера, Надежда и Каритас. Да-да.

– Вам следует почаще улыбаться, мистер Шэнноу, это вам очень идет. Скажите, сэр, почему вы рисковали жизнью ради моих малышей?

Шэнноу пожал плечами.

– Если этот вопрос требует ответа, я его не знаю.

У меня не было выбора.

– Я решил, что вы мне нравитесь, мистер Шэнноу. Наши дети называют вас Громобоем и считают, что вы, быть может, какой-то бог. Что я – бог, они знают и думают, что вы, быть может, бог смерти.

– Я человек, Каритас. Вы это знаете. Объясните им.

– Божественность не тот дар, мистер Шэнноу, от которого небрежно отказываются. Вы станете героем их легенд до конца времен – поражая каннов громами, спасая их принцев.

В один прекрасный день они, возможно, начнут вам молиться.

– Это будет богохульством.

– Только если отнестись к этому серьезно. Но ведь вы же не Калигула. Вы голодны?

– От вашей болтовни у меня голова пошла кругом. Давно вы здесь?

– В этом поселке? Примерно одиннадцать лет. И вы должны извинить меня за болтовню, мистер Шэнноу. Я один из последних людей погибшей расы, и порой мое одиночество безмерно. Я нашел ответы на вопросы, которые ставили людей в тупик тысячу лет.

И нет никого, кому я мог бы их сообщить. У меня есть лишь это маленькое племя; некогда они были эскимосами, а теперь служат пищей для каннов. Это невыносимо, мистер Шэнноу.

– Откуда вы, мистер Каритас?

– Из Лондона, мистер Шэнноу.

– Где это отсюда – на севере, на юге?

– По моим расчетам, сэр, на севере. И он скрыт под миллионами тонн льда в ожидании, что его найдут в следующем тысячелетии.

Шэнноу сдался и растянулся на одеяле, отдаваясь сну.