Dragon Age. Призыв

Именно с ее помощью древние магистры покорили весь Тедас, проливая кровь бесчисленных жертв, дабы напитать свою магическую силу и открыть путь на небеса. Именно по их вине, согласно учению Церкви, начались Моры.

С этим обвинением Андрасте низвергла магистров, объявив, что магия должна служить человеку, а не править им. Этот вдохновляющий клич был подхвачен всем Тедасом. Именно благодаря ему и возникли башни, подобные той, к которой плыли сейчас Дункан и Мэрик. В таких башнях магов можно было обучать, а самое главное – неусыпно следить за ними.

Если благодаря магии крови и впрямь возможно подчинять чужой разум, может быть, церковники не так уж и не правы в своей подозрительности.

– Я однажды был в Башне Круга, – сообщил Дункан. – Она стоит в окрестностях Монсиммара, но на эту она совсем не похожа, скорее на крепость. Это оттуда призвали в орден Фиону.

Король как-то странно взглянул на него:

– Фиону? Это та самая эльфийка из нашего отряда?

– Ага.

Дункан снова устремил взгляд на башню: она стала уже огромной и заслоняла почти все небо.

Лодка вошла в ее тень, и юноша уже мог разглядеть грот, к которому они направлялись, лавируя между острыми скалами. Вероятно, там находится вход, а также что-то вроде причала. Если нет – они налетят на камни и пойдут на дно. Все просто, проще не бывает.

– Мне их подарили, – сказал наконец Дункан, нарушая молчание.

Король, похоже, искренне удивился:

– Подарили?

– Я про кинжалы. Мне их дала Женевьева.

– Щедрый подарок.

– Возможно. Это было извинение. По крайней мере, мне так думается.

Вот теперь в глазах короля загорелся неподдельный интерес.

– Извинение? Ваш командор, сдается мне, не из тех людей, кто склонен к извинениям.

– Так оно и есть, – бесцветным голосом подтвердил Дункан.

Взгляд его не отрывался от воды, плескавшейся у борта, и Мэрик не стал продолжать расспросы. Лодка медленно проплыла мимо торчавшего из воды утеса. Вокруг него колыхались и липли к камням склизкие водоросли.

Грязная чайка, восседавшая на вершине, наклонила головку и заинтересованно уставилась на Дункана. Тот не обратил на птицу ни малейшего внимания и снова съежился, плотнее запахнув меховой плащ, – порыв ледяного ветра, просвистевший над озером, тысячью промозглых иголочек вонзился в его лицо.

– Зря мы взяли его с собой, – сказала Фиона, обращаясь к Женевьеве.

Они дожидались прибытия лодки в пещере под башней, где располагалась пристань.