Dragon Age. Украденный трон

Мать Мэрика любила Внутренние земли именно за то, что здесь было множество таких потаенных местечек, где без труда могла укрыться армия. Отсюда мятежники могли быстро добраться почти в любое место северных низин и так же быстро отступить в укрытие. В этом краю мать Мэрика кропотливо, практически с нуля создала армию, которая вот уже добрых десять лет изрядно отравляла жизнь орлесианцам.

Логейн с некоторым удивлением разглядывал скопище палаток, мимо которых они проезжали. По правде говоря, этот лагерь во многом напоминал приют изгоев, разве что был намного обширнее.

Палатки – потрепанные и грязные, и солдаты в большинстве своем выглядят не лучше. Ряды мятежников годами пополнялись за счет обозленных на узурпатора дворян, людей, которые решились бросить свои земли и имущество. Те, кто не мог вступить в армию, иногда предлагали провизию или кров, если таковой имелся у них самих, – впрочем, это случалось нечасто. Матери Мэрика не раз доводилось опускаться до того, чтобы клянчить милостыню, – в этом Логейн был сокрушительно прав.

Едва только прозвучал первый крик: «Это принц!» – как из палаток хлынули люди, со всех сторон подбегая к Мэрику, Логейну и Роуэн. Вначале их было немного, но очень скоро троих всадников окружила целая толпа. Солдаты теснились вокруг, и их грязные лица сияли от счастья, десятки рук тянулись к Мэрику.

– Принц!

– Принц вернулся! Он жив!

Гул толпы становился все громче, и в нем звучали восторг и ликование. Иные солдаты, постарше, не стесняясь, плакали, другие обнимались и неистово потрясали кулаками.

Роуэн сдернула с головы шлем, и Мэрик увидел, что глаза ее тоже увлажнились. Она дотянулась до Мэрика, подняла его руку – и ликующая толпа отозвалась на этот жест одобрительным ревом.

Эти люди любили его мать всем сердцем. Каково было им потерять ту, ради которой большинство из них отказалось от нормальной жизни? Мэрик, тронутый до глубины души, вдруг осознал, что его возвращение стало для них в некотором роде победой, как если бы отчасти вернулась сама королева Мойра.

При мысли о матери у него перехватило дыхание.

Роуэн крепко стиснула его руку. Она все понимала.

Логейн держался чуть позади. Вид у него был страдальческий – он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Мэрик обернулся к спутнику, жестом настойчиво призывая его выехать вперед. В конце концов, если бы не он, принц вообще не добрался бы до лагеря. Юноша, однако, лишь помотал головой и не тронулся с места.

Земля вдруг содрогнулась от грохочущей поступи.