Петля разума

Может быть, ты уже перестанешь упрямиться и вести себя словно ребенок? Если мыслить рационально, то выбор становится еще очевиднее, – заводилась Мия.

– Значит, я веду себя как ребенок?! – эти слова всегда не на шутку злили Рика, ведь он считал себя уже взрослым, в свои восемнадцать, исполнившиеся несколькими днями ранее.

– То есть, именно из-за того, что твой выбор тебе кажется благоразумней, я веду себя как ребенок?! Может это тебе пора перестать брать на себя роль парня в наших отношениях и последовать за своим мужчиной?

Рик знал, как ее злит, когда он строит из себя папочку, но сейчас он сделал это, на удивление, с удовольствием.

– Я бы последовала, как ты говоришь, за мужчиной, но постарайся объяснить, в каком месте мне его найти?

– О, если бы ты, наконец, расчехлила свои огромные шары, то тебе бы удалось. Да достаточно просто посмотреть перед собой.

– Слушай, остановись. Так мы ни к чему не придем. К чему весь этот спектакль? Уже кот… – Рик, уже слишком возбужденный, чтобы молчать, резко прервал ее, так и не дав докончить мысль.

– Нет, меня достало то, что ты не хочешь следовать за мной. Ты мне не доверяешь? Боишься, что я из-за своего чертового упрямства готов навредить нам? Да как ты не понимаешь, что за этим стоит? Не вынуждай меня снова тебе рассказывать, чем обусловлен этот выбор. Могла бы просто положиться на меня. Я хоть и не мастер отношений, не тот самый альфа самец, которого ты заслуживаешь, но раз уж выбрала меня, прими это, доверься.

Быть может…

– Рик, успокойся, – решила перебить его Мия, зная, как ему трудно дается этот разговор.

– Я спокоен, спокоен. Да и вообще, решай все сама, достала.

Пнув скамейку, что отразилось сильной болью в ноге, и выглядело бы очень нелепо, позволь он себе показать ей эту боль, Рик, пытаясь быть максимально равнодушным к своему страданию, удалился прочь. Он был разгневан и обижен на нее, от чего моментально выступили слезы, и заставило его возненавидеть себя еще сильнее, но чувство внушаемого себе предательства с ее стороны не покидало его.

Весь день просидел он на задней части двора приюта, на берегу маленького пруда. Он прекрасно понимал, что Мия знает, где его можно найти, но молился, чтобы та не потревожила его своим присутствием. Уже начало темнеть, когда его мысли, начавшиеся с ненависти к человеку, единственному, которого он любил, перетекли каким-то странным образом к внутреннему диалогу с мамой.