Время вышло

Бреннан слышал о том, что президент использует вульгарную брань во время совещаний, и все же его неприятно поразили подобные слова в Овальном кабинете с портретами Вашингтона, Линкольна и Джефферсона, смотрящими на них сверху вниз.

Бреннан уже собирался сказать: «Это вполне возможно, сэр», – но промолчал.

Президент ткнул пальцем в Бреннана.

– Так чем же конкретно это волокно нам поможет?

– Ну, сэр, если перчатка действительно куплена на Среднем Западе, это задает нам – причем впервые – некоторую направленность в наших поисках.

Если он ездил туда и возвращался назад, мы можем предположительно выстроить его маршрут и отметить дороги, по которым он передвигался на своем, как мы теперь считаем, автофургоне…

– А если он живет в Сан-Франциско и купил перчатки на Среднем Западе лишь для того, чтобы сбить вас со следа? – перебил его министр национальной безопасности.

– Это предположение меня не смущает, – ответил Бреннан. – Кроме того, мы смогли получить с одного из волокон образец ДНК.

К сожалению, он крошечный и разложился до такой степени, что немногое может нам сообщить, но наши лучшие эксперты его изучают, и как минимум он будет полезен для идентификации, как только подозреваемый будет задержан.

– Значит, когда вы поймаете Зеленого Человека, то будете знать, что поймали именно его? – спросил президент. – Мне нужно что-то более определенное. – Он наклонился вперед, поставив локти на стол, и посмотрел на генерального прокурора. – Мег, вы действительно привлекли к этой работе своих лучших людей?

Вопрос явно относился к Бреннану, и все присутствующие это понимали.

– Да, господин президент, – без колебаний ответила она. – Мы понимаем всю важность этого дела, и наши самые опытные и наиболее квалифицированные специалисты не оставляют без внимания ни единого камешка.

– Чтобы было ясно – мне глубоко плевать, что они там делают с камнями, – сказал ей президент. – Мне надо, чтобы этого парня прижали. Но прямо сейчас я хочу, чтобы вы, ребята, направились в кабинет пресс-секретаря и помогли ей составить заявление, которое она сделает через полчаса перед национальной прессой, в то время как вы будете стоять у нее за спиной.

Оно должно быть оптимистичным, но в то же время напомнить о гибели ни в чем не повинных людей во время последней атаки и пяти предыдущих. Пресс-секретарь не будет отвечать на вопросы, и вы тоже. А потом я хочу, чтобы вы поймали этого ублюдка. Это все.