Опасный менуэт

Шел первый год страшных потрясений во Франции. Никто не знал, что его ждет дальше. Ходили к ясновидящим, к гадалкам, возвращались от них обескураженными.

Между тем находчивый, хотя и неловкий Мишель усадил мадам в кресло, расшнуровал башмачок, снял его и отошел с ним к окну. Вынув что-то из кармана, принялся чинить. «Он кто, сапожник, Элизабет?» – ехидно прозвучал голос. В ответ раздалось чуть ли не рычание, львица умела любого поставить на место.

Все знали характер Виже-Лебрен, знаменитой художницы, признанной всей Европой.

Но кто же этот «сапожник», как он попал в ее салон?

Чтобы ответить на этот вопрос, о, как далеко должны мы отправиться! Сначала в Тверскую губернию, потом в Москву, к знатному вельможе Демидову, не миновать, конечно, Петербурга, а потом перебраться вместе с ним на юг, к берегам Черного моря, и далее, далее…

Часть 1. Португальский грех и русская расплата

Елизавете Петровне, русской императрице, царствовавшей весело и безмятежно 19 лет, в конце жизни пришлось-таки ввязаться в войну.

Да и могут ли правители долгие годы спокойно почивать, тем более что мир еще не весь поделен? Ее любимая Россия вступила в союз с любимой Францией, к ним присоединились Австрия, Испания. И пошли они воевать супротив упорной Пруссии, мужественной Англии и примостившейся на краю полуострова Португалии.

Целых семь лет бросало русских солдат по прусским и шведским лесам, по горным кряжам Швейцарии и Португалии, по морским северным водам. Царица сильно заболела, помрачнела и скончалась, так и не дождавшись конца войны.

А бравый поручик Спешнев, как и прочие солдаты, все еще шагал иноземными путями-дорогами. Участник Кунерсдорфского сражения, принесшего русским крупную победу, счастливчик! – без единой раны, в том же бравом виде явился уже на другом фронте, португальском. Французов здесь теснили английские суда.

Поручик Спешнев воевал лихо, однако как только обнаруживалась в боях пауза, надраивал ботфорты, менял рубашку и отправлялся в местный трактир, то бишь таверну.

В таверне «Желтый лев» повстречалась ему миловидная девица, весьма живая и сообразительная. Черные глаза ее то сверкали отвагой, то наполнялись мрачной тоской, и было в ней что-то колдовское. Так что поручик, находясь под огнем, чувствовал, как витает она рядом. Смуглая донельзя, она имела талию, подобную горлышку бутылки. И в один из заходов в таверну поручик своей медвежистой ухваткой покорил-таки быструю смуглянку.