Облачный атлас

Продавец записывает, что ему надлежит сделать, затем возвращает иглу к началу «?Por quе lloras blanca ni?a?»[36 - «Отчего малышка плачет?» (исп.)], опускает ее на мерцающий черный винил и грезит о еврейских пастухах, перебирающих струны своих лир на освещенных звездами склонах Иберийских холмов.

23

Луиза Рей не замечает запыленного черного «шевроле», едущего рядом, когда входит в свой многоквартирный дом. Билл Смок за рулем «шевроле» запоминает адрес: 108, «Тихоокеанский Эдем».

За последние полтора дня Луиза дюжину раз перечитывала письма Сиксмита.

Они не дают ей покоя. Университетский друг Сиксмита, Роберт Фробишер, написал эту серию посланий летом 1931 года, когда надолго задержался в некоем бельгийском шато. Беспокоит Луизу не тот нелестный свет, который они проливают на уступчивого юного Руфуса Сиксмита, но ослепительно-яркие образы тех мест и людей, что вызываются из небытия этими письмами. Образы настолько живые, что она может назвать их только воспоминаниями. Прагматичной дочери журналиста надлежит, что она и делает, объяснять эти «воспоминания» работой воображения, чрезмерно обостренного недавней смертью отца, но деталь в одном из писем сбросить со счетов невозможно. Роберт Фробишер упоминает о родимом пятне в форме кометы между своей лопаткой и ключицей.

«Я просто не верю в эту чепуху. Я просто не верю. Не верю».

Строители обновляют вестибюль «Тихоокеанского Эдема». Пол устлан большими листами бумаги, электрик проверяет проводку, молотят невидимые молотки.

Прораб Малькольм, увидев Луизу, кричит ей:

– Эй, Луиза! Минут двадцать назад в твою квартиру пробежал какой-то незваный гость!

Но слова его тонут в грохоте дрели, он говорит по телефону с кем-то из мэрии о кодовых замках, да и в любом случае Луиза уже вошла в лифт.

24

– Сюрприз, – сухо говорит Хэл Броди, застигнутый за тем, что снимает с полок Луизы книги и пластинки, препровождая их в свою спортивную сумку. – Эй, – говорит он, чтобы скрыть укол вины, – ты так коротко постриглась.

Луиза не очень удивлена.

– Разве все брошенные женщины не делают то же самое?

Хэл издает гортанный щелкающий звук.

– Стало быть, День Рекламаций, – говорит Луиза, злясь на самое себя.

– Почти завершен. – Хэл отряхивает с ладоней воображаемую пыль. – Вот это избранное Уоллеса Стивенса[68 - Уоллес Стивенс (1879–1955) – американский поэт, а также юрист; с 1934 г. – вице-президент Хартфордской страховой компании.