Сквозь ненависть. 11 кругов ада

 – «Они что знают, что я иду какать?», и вдруг я увидел Тимона, когда он меня заметил, то тоже стал хихикать.

– Почему все смеются надо мной?! – Возмущенно спросил я, подойдя к нему.

– Посмотри назад! – Сказал он.

Я оглянулся и увидел свою туалетную бумагу. Оказывается, я волочил ее по полу, а в руках был лишь маленький кусочек от нее. Дурачье.

– О нет! – Воскликнул я.

Сворачивая бумагу, я пробежался глазами по этим смеющимся лицам. Отвратительный смех, раздающийся из беззубых ртов: ехидно и подло. Они смеялись надо мной и над тем, что я иду в туалет, чтобы покакать.

Но беспокоило меня не то, что надо мной смеются, а то, что я вот-вот обделаюсь у всех на виду.

– Эй, нагнись ко мне! – Поспешно сказал я Тимону.

Он нагнулся.

– Я хочу срать! – Сказал я.

– Да я уже понял. – Усмехнулся он. – Ну, иди в туалет, я посторожу у двери.

Я зашел в парашу, сел на толчок, потужился, пукнул, но ничего не вышло. Я просто не мог, пришлось встать и выйти вон.

– Посрал? – Спросил Тимон, когда я вышел.

– Нет, не могу… – Трагично заявил я.

И тут прозвенел звонок, и он ушел, советуя мне на ходу: «Зайди и попробуй еще раз!»

Я не послушал его и медленно побрел к своему классу, переполненный дерьмом.

Весь урок я сдерживался, чтобы не обделаться, но в конце концов – усрался. Я протянул руку вверх и вымолвил, все тем же похоронным тоном:

– Можно выйти?

– Нет, сиди. – Ответила учительница.

– Но мне очень нужно! – Крикнул я.

– Ладно, иди.

Я переваливался с ноги на ногу по пути к туалету, с грузом в штанах, чувствуя вонь собственных какашек.

Там не оказалось туалетной бумаги, а свою я смыл чистой, еще в первый раз. Натянув штаны, я вернулся в класс с тем же, с чем и вышел. А впереди был поход в бассейн.

До конца урока я молил Господа, чтобы одноклассники, сидящие вокруг, не чувствовали мою вонь, но такое невозможно было не учуять.

– Кто напердел?! – Спросил один мальчик, по имени Рома.

– Да тут не напердели, а обосрались! – Крикнул другой.

«О Господи! Вот он – конец!» – думал я. Но вдруг, случилось чудо.

– Это Костя обосрался! – Крикнул Рома.

– Точно! – Поддержали его пару человек из класса.

– Так тихо! – Сказала учительница, делая вид, что не чувствует запаха моего добра.

А класс на том и остановился, что это Костя обдристался. Я вздохнул с облегчением.

После урока, мы пошли в бассейн. Я пулей влетел в кабинку, разделся, повесил обкаканные трусы на крючок и надел чистые плавки.