Мы оседлаем бурю

 – Голос был вроде бы моим, но я не собиралась произносить ничего подобного. – Я просто хотела сказать, что, если тебе не интересны девушки, ты мог бы признаться, потому что я…

Я считаю себя хорошей актрисой, но эти сладкие речи звучали уж слишком правдоподобно. Я попыталась вызвать рвоту, но ничего не вышло.

«Как ты это делаешь? – спросила я. – Почему я не могу…»

– Но мне они интересны! – Лицо Джонуса перекосилось от смущения. – А ты такая красивая!

– Ты тоже. Ну, в смысле, как мужчина…

«Ох, ну хватит уже!»

Я изо всех сил сжала кулак.

Я не могла отвести глаз от застенчивой улыбки Джонуса, и, хотя все мои чувства притупились, словно я погрузилась в вату, ладонью я могла управлять. Меня охватила паника. Да что Она вытворяет? Какого…

«Возьми ключ!» – рявкнула она.

«Что, вот так просто? Ты присвоила мое тело, оставив только руку, и ждешь, что я включусь в игру?»

«Давай же, Касс!»

«Я не могу обшарить карман, не видя, где он!»

Неловкое молчание затянулось, а потом Джонус произнес:

– Ты намного старше меня, я и не думал… В смысле, ты слегка…

Она опустила взгляд, и замешательство Джонуса позволило мне хорошенько рассмотреть его карман.

«Подойди ближе».

– Прости, – сказала Она. – Знаю, я могу показаться немного… колючей. Я просто так защищаюсь, понимаешь? Надеюсь, ты не считаешь меня слишком старой?

«Я защищаюсь с помощью Пойла, а колючая, потому что только этого заслуживают все вокруг.

Да подойди же ближе!»

Она так и сделала, и отчаянное биение ее сердца зазвучало, как гул барабанов где-то вдали, и участилось, когда рука Джонуса коснулась моего лица, а моя отыскала его карман. Весь мой мир сошелся в этой руке, и, перемещая ключ в кармашек передника, я почувствовала лишь прохладу металла. Ни единой попытки мне помешать, ни единого звука, он не схватил меня за руку, а когда я опять обратилась к Ней, то обнаружила, что глаза у меня закрыты, и ощутила прикосновение к своим приоткрытым губам.

«Нет-нет-нет! Я должна убить его, а не целовать. Прекрати! Я добыла ключ».

Ответа не последовало, только вихрь несерьезных мыслей и грохот моего сердца.

«Отдавай обратно мое тело!»

Одну руку она положила ему на грудь, но другую, которая мне еще подчинялась, я рывком просунула меж его ног и сжала. Джонус взвизгнул, глаза его распахнулись, и вся краска сбежала с лица.

– Нет! – завопила она.