Незримые тени

Анна рассмеялась.

– Это же просто великолепно!

– Если бы я знал, что это вызовет улыбку на вашем лице, то предложил бы сразу бухгалтерские книги.

– Извините, а когда я могу взглянуть на запись? – нетерпеливо спросила она. – Это очень важно для меня, – добавила девушка, видя его растущее удивление.

– Что же, – Филипп пожал плечами. – Присядьте, и я принесу журнал.

– Благодарю.

– Хотите кофе? – задал он вопрос. – За счет заведения!

– Нет, спасибо. Мне нужно увидеть журнал.

Филипп сдался.

– Хорошо. Бегу.

Анна устроилась в кресле, но ей было не до отдыха. Она чувствовала, что сейчас обязательно откроется что-то важное. Так просто она отсюда не уйдет. Стараясь унять сердцебиение, девушка глубоко вздохнула.

Из глубины лавки показался Филипп. Он нес толстую и большую книгу.

У Анны вырвался нервный смешок.

– Понимаю вашу реакцию, – Филипп не сдержал смеха. – Откройте желтую закладку. С нее начинаются все мои покупки из городка под названием Белый Маяк.

– Вот оно что.

Анна нахмурила брови.

– А ведь я где-то слышала это название.

– Не буду вас томить. Это на самом севере острова.

Девушка взяла книгу. Она была тяжелой.

– Вы изрядно постарались, – похвалила она, глядя на исписанные аккуратным почерком страницы.

– Спасибо, но это от занудства. Люблю порядок.

– Обычно я с подозрением отношусь к педантам, но вы меня покорили. Это как раз то, что мне нужно.

Она листала книгу. К каждому описанию прилагалась небольшая фотография или рисунок определенной вещи.

– Почерк достоин высшей отметки. Кажется, вы прирожденный архивариус, – заметила она.

Филипп расхохотался.

– Надеюсь, что нет.

– И рисуете довольно неплохо.

– Вы сейчас перехвалите меня, и я загоржусь.

– Вот оно!

Анна разгладила страницу, всматриваясь в ее содержимое.

«Игрушка для ребенка в виде лошадки, – начала читать она вслух. – Материал, вероятно, липа. Деревянная поверхность покрыта краской синего, желтого и красного цветов.

На боках, хвосте и гриве краска частично облезла. Приобретена за малую плату в городке Белый Маяк северной части Тровоса у старьевщика. Примерное время изготовления – начало XX века».

– Значит ли это, – Анна подняла голову, оторвавшись от чтения, – что игрушку сделали там?

Филипп поджал губу.

– Совершенно не обязательно. Но вероятно.

Анна уставилась в книгу, затем снова на собеседника.

– Я знаю, что нужно! – воскликнула она.