Самая долгая ночь. Часть 1

Прошу его остановиться, пока дело не зашло слишком далеко, – он смотрит на меня в недоумении.

Почему? Да потому что нас могут, черт возьми, услышать!

Но донести это до Аарона не успеваю: мой взгляд перемещается за его спину, на незнакомую мне парочку, которая уверенно подходит к дверям балкона и собирается зайти внутрь.

Первый порыв – спрятаться. Не знаю почему. Мы же не делаем ничего запрещенного. Но я все равно дергаюсь к высокой туе в огромном кашпо и утягиваю за собой Аарона. Словно мы два подростка, которые забрели на чужую территорию и теперь прячемся там от посторонних, ведь если нас поймают, то родители непременно разгневаются и посадят под домашний арест.

Но нет никаких родителей, и мы с Аароном далеко не подростки. Но тогда откуда эта дрожь?

Пока парочка обсуждает что-то увлекательное, заливаясь смехом, я стою так близко к Аарону, что едва могу дышать и соображать.

В голове мелькают знакомые картинки, но все они настолько далекие, что кажутся почти ненастоящими.

Будто мы выдумали историю с выживанием в Форт-Коллинсе, чтобы скрасить неприятные воспоминания. Но… нет, все было по-настоящему. Мой порыв убить Аарона. Наше вынужденное сотрудничество. Моя ненависть к нему. Мои колючки, выпущенные в его сторону. Моя подавленная благодарность за спасение лучшего друга, моей семьи и меня, когда Аарон не выстрелил мне в голову после укуса. Мои страхи ночью в полицейском участке, когда я боролась с заражением и Аарон просидел со мной в камере до утра. Моя воля к жизни, когда я выбралась из собственной могилы и добралась до Аарона, чтобы, вопреки своему желанию, разрушить его вымышленную дружбу ужасной правдой.

Я так долго хотела причинить ему боль, а потом не могла найти себе места в попытках забрать ее. И кто я после этого? Кто я после всего, через что мы прошли? И кто мы месяц спустя, когда каждый пошел своей дорогой? Хотела бы знать, но сейчас, стоя рядом с ним в этом крохотном пространстве, не желаю ничего больше, кроме как остаться здесь до утра и чтобы никто в целом мире не побеспокоил нас.

Я смотрю на его грудь, приподнимаемую частым дыханием, смотрю на шею – он все еще носит ту цепочку с личным номером и кольцом? Спросить не решаюсь – это не мое дело. Поэтому просто стою и надеюсь, что этот момент наконец-то закончится, ведь, видит бог, я скучала по Аарону так сильно, что сейчас едва могу держаться, чтобы не подтянуться повыше и, схватив за воротник смокинга, не поцеловать.