Новая угроза

Увидев цель, она хищно оскалилась и рванулась к противнику, в одной руке держа палаш, а другой ловко метнув гарпун в ближайшего. Остро-заточенное зубастое копье, предназначенное для охоты на морских хищников, брошенное сильной рукой, пробило того насквозь. Остальные даже понять не успели, что их товарищ умер, хотя сами ненадолго его пережили. Стремительно подскочив, рабыня двумя ударами снесла головы недомеркам, одним движением перерезала горло раненому и уже собиралась было прыгнуть в кусты, чтобы начать там резню, когда Петр вскинул руку, останавливая ее.

Молодой шаман вдруг почувствовал, как послушные до этого момента духи начали сопротивляться ему. Ветер стих, и даже дух, связанный контрактом, отступил, словно на него что-то давило. Объяснение этому было только одно – у туземцев нашлись свои шаманы и, если прислушаться, можно было различить рокот их барабанов. Карлики радостно взвыли, но на лице парня не было и тени беспокойства. Скорее наоборот, его рот искривился в злой ухмылке.

Столкнись он полгода назад с чем-то подобным, не факт, что ему удалось бы выжить, но сейчас, после обучения у старого орка, говорить с духами для него было все равно что дышать. До этого момента он не показывал даже десятой части своей силы. И теперь Петр жаждал драки, боя насмерть, хотел победить врагов их же оружием. Так что, оскалившись, он высоко поднял посох и с громким криком стукнул им об землю. Битва началась!

Кровавая расправа надолго не затянулась.

Местные духи по-прежнему не слишком охотно откликались на зов, но у Петра были силы заставить их выполнять свои приказы, а вот аборигены этим похвастаться не могли. Не прошло и пары часов, как покрытая с головы до ног кровью эльфийка и чистый, словно только что из ванны, шаман вышли из джунглей, оставив после себя просеку из безжизненных тел. Ни тот, ни другая по этому поводу особо не переживали, считая, что туземцы сами виноваты. Чего хотели, на то и налетели. Зато открывшийся вид их весьма взволновал.

Перед ними живописно раскинулись руины храма. В сохранившихся фресках угадывались темные и светлые длинноухие фигуры, разящие врагов разным оружием. Оставшиеся целыми статуи также изображали вооруженных эльфов и эльфиек. К сожалению, их осталось не так много, да и джунгли изрядно попортили стены и остальное, но главное было понятно – храм посвящен эльфийскому богу войны.