Что мы будем делать с Фрэнсис?

Полюбовавшись своей работой, он вымыл руки и залип в мобильный – скоро начинался баскетбольный сезон и новостей становилось все больше, после относительной тишины межсезонья. Колыбельная в детской затихла.

– Неужели, – прошептал Марк.

Джен вышла из комнаты уставшей. Бремя матери было для нее тяжело, но няня сегодня отдыхала.

– Уснула?

– Она маленький Гарланд Грин, только с вагиной.

– А ты значит Кэмерон По[12 - Персонажи фильма «Воздушная тюрьма».]?

– Кэмерон Похуй.

Марк еле сдержал смех.

– Можем глянуть что-то, ужинать ей еще нескоро.

– Я выберу.

Джен взяла пульт и переключила на онлайн-кинотеатр. Бабблз уже мирно дрых на своей подушке, вытянув передние лапы вверх. Он был похож на карикатурную мумию. На календаре, висевшем в зале, черным маркером было обведено 26-е число – подведение полугодовых итогов для расчета премии у Джен. Ее характер и нрав не позволяли ей занимать места ниже тройки лидеров среди всех агентов компании, поэтому премия у нее всегда была внушительная.

– О, ты замариновал мясо. Спасибо.

Она подошла к противню и понюхала ягнятину.

– Это зира? Марк, это, блядь, зира?

Джен никогда не была в Азии, да и в Мексике тоже, но запах этой пряности пробуждал в ней что-то первобытное, и далеко не в сексуальном плане.

Воображаемый ушат помоев, нависший над Марком, был таких размеров, что мог бы вместить в себя трех Марлонов Брандо на смертном одре. Он выливался поэтапно, с каждым разом изрыгая все больше оскорблений и упреков.

Марк старался робко отвечать, но его мимолетные слова только разжигали сухие и тонкие щепки под копной словесных оборотов и матершины Джен. Проснулся даже пес – он уже улепетывал в коридор, поджав уши. Обычно он прятался под кроваткой ребенка, но сейчас дверь в детскую была закрыта. Спустя пять минут яростной брани, оба замолкли. Джен швырнула пульт в диван и ушла в спальню. Марк все также сидел за кухонным столом – правда, теперь пунцовый и с надутой веной на лбу. Из детской послышалось недовольное кряхтение. Фрэн проснулась.

Глава 2

– Еще мне снится всё тот же сон. Я и несколько версий меня существуют в одно время, но в разных местах и не где-то в непонятном неосязаемом мире, а как будто ускользающие за углом тени, и мне приходится цепляться за них, чтобы они были реальными. Тяжело объяснить… Я, настоящий, нахожу Джен и Рассела Бэдчера в нашем доме. Он держит Фрэнсис на руках и поет ей японскую песню.