Что мы будем делать с Фрэнсис?

Он начал смотреть Эспозито еще в детстве, когда была жива его бабушка. Она смотрела каждый эфир и была уверена в честности и правоте взглядов ведущего. Нет, она не была тупой и наивной, прекрасно понимая, что все домыслы о его огромном состоянии скорее даже были преуменьшены. Просто Томас Эспозито с каждым годом все больше и больше трансформировался из человека в символ. Его фанаты воспринимали его как Санту, который трижды в день сообщал о том, что интересы государства растут, ширятся, и оно простирает свое влияние все дальше за пределы реальных амбиций.

Враги же воспринимали его как говорящую голову, которая получает деньги за оды в адрес правительственных деятелей, представителей вооруженных сил, и тех, кого ведущий лично считал героями страны, а таких было много.

Насмотревшись на Томаса в детстве, Марк решил не изменять этой традиции после кончины бабушки, и продолжил смотреть ведущего № 1. Когда они съехались с Джен, (которая, кстати, придерживалась довольно радикальных взглядов) ей было сложно понять, зачем он смотрит эти выпуски новостей.

С течением времени и благодаря многократным просмотрам, она научилась вычленять для себя весь смех ура-патриотизма, которым Эспозито орудовал как астрофизик, объясняющий теорию струн восьмикласснице, и уже не так противилась этой привычке Марка. В конце концов даже у дерьма есть поклонники.

– Тыкни в пульт, – протянул Марк.

Джен посмотрела на него и потрясла руками, которые были грязными от картошки. Марк виновно кивнул и сам взял пульт со стола.

Цифры 1 и 2 на нем были затерты и навсегда скрылись от посторонних глаз. Он нажал на них и телевизор через секунду ожил. Там шла реклама подгузников.

– Кстаати… Джефф звонил вчера, он сказал, что сможет достать со склада 4 упаковки нашего размера, – сказал Марк. – Каждая будет по полцены.

– Удачно ты с ним познакомился.

– Услуга за услугу.

– Ты же еще не помог ему, да?

– Я и не буду. Младшие справятся.

– Здравствуйте, я старший редактор Марк Бикер, – начала пародировать его гнусавым голосом Джен.

 – Эти пидоры все сделают за меня!

– Ты же знаешь, я никогда не пользуюсь своим положением…

– А то, что на прошлой неделе ваш стажер бегал тебе за тыквенным соком в стеклянной банке? Это была часть обучения?

– Корпоративная этика, – улыбнулся Марк.

Заиграл джингл передачи, Марк постукивал пальцами в такт. По экрану носились цифры, тянулось и развевалось синее нарисованное полотно, как подол платья Монро над вентиляционной шахтой.