Мироходцы. Чары хрустального сердца

 – Я готовлю-готовлю, а никто не ест!

К тому времени, как спустилась Дайана (руки на этот раз она спрятала в перчатках), Филин на сладкое уже смотреть не мог, а это о многом говорило.

Стоило только троице перешагнуть порог особняка, как ожили их телефоны. Сотовый Ки замяукал – она давным-давно поставила мяуканье котенка на звук СМС-ки. Телефон у нее был старенький, кнопочный, такие в глеромской школе было принято называть «допотопными». Да и его она часто оставляла дома или забывала включать, за что ей каждый раз доставалось от мамы.

Сотовый Филина выдал какую-то громкую трель, и следом из его кармана раздался новый звук.

Плеер заработал тоже.

Ки с Филином обменялись красноречивыми взглядами. Дайана усиленно делала вид, что ничего странного не происходит, но Ки окатило волной исходящего от подруги напряжения. Хмуро взглянув на телефон, она лаконично ответила на сообщение мамы. Как и договаривались, взяла Дайану под локоть. Филин последовал ее примеру.

На его щеках вновь заиграл румянец, однако Ки решила, что смеяться над ним сейчас, в присутствии больной Дайаны, будет не очень правильно. Ничего, подразнит его попозже.

– Эх, надо было зонт взять, – пробормотал он, взглянув вверх.

Тучи почти полностью закрыли небо свинцовыми брюхами, но солнце время от времени упрямо выискивало брешь.

– А я не гуляю под дождем с зонтом, – неодобрительно сказала Ки. – Вообще никогда зонты не использую.

– А почему? – заинтересовался Филин.

– Ты только подумай, как это некрасиво – подставлять под удар других!

– А ведь действительно, – рассмеялась Дайана.

Ки сосредоточенно кивнула.

– Пока мы наслаждаемся прогулкой, зонтам холодно и мокро. Я думаю, это нечестно.

– По отношению к зонтам? – скептически отозвался Филин.

Однако смутить ее было непросто.

– По отношению к зонтам. Если пойдет дождь, мы просто спрячемся под каким-нибудь навесом. Или не будем прятаться вообще.

Посчитав тему исчерпанной, Ки хотела было расспросить Дайану, когда та собирается вернуться в школу. Филин ее опередил – ему явно не давали покоя ее слова.

– Ладно, а что насчет одежды? Ее-то ты носишь.

– Ну я хоть и чудачка, но не настолько, чтобы ходить без нее, – развеселилась Ки. – Одежда другая. Она тоскует без человеческого тепла, чахнет, когда висит в шкафу слишком долго. Грустно это.

Ки ничуть не лукавила.