Мироходцы. Чары хрустального сердца

Пришлось соврать, чего она терпеть не могла – сказать, что Дайана уехала в Глером, где ее положили в больницу. И что скоро все наладится…

«Наладится?» – горько и потерянно прошептали школьные стены. «Скоро», – с ужасом шептали утром стены дома Ки. Духи знали, что происходит. Жаль только, она не могла их разговорить.

Ки оторвала взгляд от учебника, почти не слушая, что отвечает на вопрос учителя класс. И обмерла, на несколько мгновений забыв о дыхании. Посреди чистейшего голубого неба повисла темная грозовая туча.

Сверкнула молния… вдалеке, за домами.

Там, где находился особняк семьи Морэ.

Ки вскрикнула. Ученики обернулись. Не обращая внимания на вытягивающиеся лица, на испуг в глазах Филина и его тревожные расспросы, она скинула учебник и тетрадь в рюкзак и, даже не закрыв его, бросилась вон из класса. Мистер Горжес что-то возмущенно кричал вслед, но Ки его не слышала.

Потому что стены кричали тоже.

Хорошо, что с ней сегодня был велосипед – в последние несколько дней перед школой она заезжала к Дайане.

Читала ей книги, говорила, как ужасно скучно в школе, убеждая, что Дайана ничегошеньки не теряет, не появляясь там. В общем, отвлекала и развлекала как могла. Понимая, что делает слишком, слишком мало для принцессы, которая уже почти стала хрустальной.

Всю дорогу до особняка Ки не отрывала взгляда от тучи, нависшей над Реденвудом. Та понемногу светлела, рассеивалась, но она не знала: воспринимать это как хороший знак или плохой? Или все то, что она навертела себе в голове, лишь в ней и существует? И когда Ки войдет в комнату Дайаны, подруга встретит ее своей чуть печальной улыбкой… ведь даже сейчас, наполовину хрустальная, она не разучилась улыбаться.

Бросив велосипед на дорожке, Ки ворвалась в особняк. Тишина. Мертвая, неестественная.

Прочистив горло, Ки крикнула: «Дайана!» Тут же пожалела об этом – крик потонул в тишине, словно в болотной трясине. Заглох, словно звуки не имели тут больше силы.

И вот тогда ей стало по-настоящему страшно.

Стены, картины, столики и все, что было на них, заговорили разом. «Дайана!» – кричали теперь уже они, будто став ее искаженным эхом. «Не спасли, не спасли». – «Беда пришла». – «Простите, простите». – «Ужасно», – проговорил дух стены – наверное, дальний родственник обитающего в доме Ки духа.

Взбежав по лестнице, она застыла. Мистер Морэ стоял, раскинув руки и закрывая собой вход в комнату Дайаны. Что-то неестественное было в его позе и его лице.