Самый темный час

На меня будто вылили ведро воды – не скажу, холодной или горячей, но ощущения все равно не из приятных. Пять минут назад я наезжала на Инспектора и насмехалась над его способностью вытащить нас отсюда. И вот, пожалуйста, выход найден.

Как называется чувство, в котором смешались удивление, злость, облегчение, стыд и недовольство из-за оскорбленного достоинства? Причем, оскорбленного самостоятельно, поскольку этот парень мне ничего открыто не кидал в лицо. И все же.

Я оставляю поиски и вопреки своему недавнему требованию подхожу к Инспектору, чтобы получше присмотреться к найденному люку.

Да, сомнений никаких, это вентиляция, которая, я надеюсь, ведет сразу в несколько частей здания.

Я переглядываюсь с Инспектором: кто полезет первым?

– Ни за что, – я мотаю головой, упрямо вздернув подбородок. – Ты первый, парень с преимуществами, – перед зараженными и всем человечеством в целом.

Во-первых, он сильнее меня, и лучше, если он проверит на месте уровень безопасности.

Во-вторых, я не доставлю ему удовольствие ползти перед ним, чтобы Инспектор все это время довольствовался видом моей пятой точки.

Он выстраивает пирамиду из ящиков, благодаря которым мы забираемся в вентиляцию, но радость от следующих десяти минут пути не самая большая.

С детства ненавижу узкие пространства. Я не боюсь их, но все равно чувствую себя не очень уютно там, где не могу по-человечески развернуться. Поэтому никогда не стремилась заниматься спелеологией и даже под диваном, будучи ребенком, ни разу не пряталась.

А сейчас мне предстоит проползти десятки метров там, где и на корточки встать невозможно. С другой стороны, широкоплечему Инспектору здесь явно хуже меня, и эта мысль греет душу.

Все время внутри вентиляции я стараюсь сохранять самообладание и не терять концентрацию. Иногда нарочно смотрю вперед, на ботинки моего спутника, чтобы напоминать себе о том, кому они принадлежат и что я испытываю к этому человеку.

Злость, знаете ли, немного отрезвляет. А еще чертовски неудобно ползти с дробовиком, но я предусмотрительно поставила его на предохранитель, чтобы случайно не прострелить задницу Инспектору. Но беспокоюсь я за себя и свой слух: во-первых, не хотелось бы оглохнуть от грохота, а во-вторых, кто в случае выстрела будет убирать тело впереди?

Спустя десять минут впереди показывается первый внятный свет в этом бесконечном туннеле.