Самый темный час

И сколько бы мы с этим ни боролись, все равно находились умельцы, которые перепрошивали устройства, и в итоге от заражения умирали тысячи людей. В том числе те, кого можно было спасти, обнаружь мы проблему до того, как ее решение сводилось к тотальной зачистке.

В итоге появился еще один прибор: сканер специальной разработки, который не так просто обмануть. И, конечно же, сами Инспекторы – люди с иммунитетом на службе государства, наделенные особыми способностями, триггером для которых стал попавший в организм вирус.

В моем случае это высокая чувствительность к заражению.

Оборудование может сбоить, но мою интуицию провести невозможно. Я всегда и без исключения чувствую, если стоящий поблизости человек заражен, и неважно, какая стадия болезни. Я не ошибся ни разу с тех пор, как поступил на эту работу, и поэтому спас множество людей от тех, кто шел на электронные уловки, чтобы скрыть свои симптомы.

Я прохожу перед первым рядом жителей Форт-Коллинса, направляя на них сканер, и прислушиваюсь к интуиции.

Рядом со мной, как сторожевой пес, выхаживает Фрэнк, бормоча информацию о поведении людей, которая поступает с дронов. А вместе с ним идут и двое охранников (мало ли кому придет в голову почудить).

В момент проверки мое внимание сфокусировано на человеке напротив и на тех, кто находится за ним (на случай, если кто-нибудь начнет демонстрировать подозрительное поведение). В эти минуты мой разум полностью очищается от всего постороннего, и в нем не остается места для призраков прошлого, неуместных воспоминаний и ноющей боли, которая является моей неизменной спутницей после смерти Лоры.

В голове – только тишина и данные на экране сканера, когда я подношу его к лицу очередного тестируемого.

Первый ряд жителей полностью в порядке. Охрана отпускает их, и ко мне подходит вторая партия, а затем третья. За день проверки я могу намотать не меньше километра только проходами от человека к человеку и после такого обычно сплю без «дружеских» напоминаний подсознания о моем прошлом.

Наконец, я проверяю половину третьего ряда и останавливаюсь напротив светловолосой девушки, которая явно намеревается пригвоздить меня к площади своим взглядом.

К подобному отношению я тоже давно привык: в конце концов, мы тут не рок-звезды на концерте, чтобы люди бились в экстазе от одного нашего появления.