Психология альпинизма

Минимум стандартных команд («выдай», «выбери», «закрепи»), скупой набор движений, – но точность действий и понимание должны быть не меньше, чем у воздушных гимнастов. Страхующий должен чувствовать прочность опоры ведущего, усталость его пальцев, надёжность только что забитого крюка, хватит ли верёвки до ближайшей удобной полки. Он должен правильно оценить снизу сложность маршрута и вовремя подсказать направление движения. Страхующему приходится подолгу стоять или висеть неподвижно, часто в неудобной позе, на сильном морозе, на ветру или под струями воды, и при этом он постоянно находится в нервном напряжении, не может отвлечься и расслабиться.

Ведь в любую секунду может произойти внезапный, непредвиденный срыв. Ситуация, хотя и редкая, но чрезвычайно опасная. Страхующий должен успеть оценить силу рывка и рассчитать свои усилия.

Кавказ. Зимнее восхождение на Ушбу. Рассказывает В. Шатаев [56]:

«Мороз -30

 С. Траверс Ушбы. 11 часов ночи. Но я, страхуя партнёра, не чувствую мороза даже в бездействии.

Напротив, то и дело бросает в жар – психическая энергия срабатывает не хуже механической…»

Таковы эмоции страхующего.

Можно ли смоделировать такие ситуации в предпоходный период? Можно и должно! Зимние тренировки на закрытом и открытом скалодромах, восхождения в связках в Крыму или на других скалах зимой во многом помогают сделать каждого из партнёров в связке более надёжным, у каждого появляется уверенность в своих силах, прецедент прохождения сложных участков, появляется умение и опыт в управлении собственными эмоциями.

3.5.Психология альпинистов в экстремальной ситуации

Предусмотренная опасность —

уже наполовину не опасность.

М. Галлай

Никогда человек не соображает так быстро, ясно, решительно, как в минуту опасности.

Фаны. Мы спускаемся с вершины Малая Ганза (5030 м). Скалы, по которым мы спускались, перешли в мелкую осыпь, а дальше – крутой, покрытый снегом ледник.

Я подхожу к огромному, как дом, камню, как-то неуютно стоящему на нашем пути. Что-то в нём интуитивно мне не понравилось. «Камень может „пойти“», – подумал я.

– Ира! Не трогай этот камень, – прошу я свою партнёршу по связке, спускающейся первой. Потом оборачиваюсь к идущей за мной связке и кричу:

– Камень «живой»! Не трогать!

Мы пошли дальше, стараясь обойти опасный «кубик» ниже по склону. Ира уже на снегу.