Секрет для двоих: путешествие короны Императора

Только звук этот исходил не со стороны подъездной аллеи, куда выходили окна его номера, а со стороны внутреннего дворика. Сначала он подумал, что сон пытается им овладеть и звук ему просто почудился, но стремглав бросившись в комнату, в которой спал помощник, он выглянул в окно. Краем глаза, он заметил черный экипаж без огней, который быстро растворился в воздухе, или точнее, где-то в стенах замка. Кендриксон продолжал похрапывать во сне, и писатель даже протёр глаза, проверяя, все ли в порядке с его зрением.

Но вдруг, произошло то, что разбудило даже помощника.

Вой! Ужасный, леденящий душу собачий, или скорее волчий вой! Он разносился по замку, отталкивался о каменные стены и усиливался. Холодный озноб пронесся по спине писателя. Добавляла ужаса, картина за окном: искореженные деревья царапали ветками по стеклу, от сильного ветра, который свистя вместе с лаем, проникал внутрь сквозь каминную трубу. Светила полная луна.

Даже Кендриксон подпрыгнул на кровати, от этого зловещего воя.

На нём была маска для сна, которую он сорвал с себя резким движением пухлой руки. Увидев писателя рядом со своей кроватью, он удивился, и часто моргая, уставился на него. Сабатини, в свою очередь, рассмотрев помощника, немного расслабился. На голове Кендриксона красовался белый ночной колпак, украшенный сверху большим помпоном.

– Что это за звук?! – прокричал помощник. При этом трясся головой так, что помпон подпрыгивал в разные стороны.

– Если бы я знал, – ответил писатель, стараясь сохранить самообладание.

Он еще ни разу в жизни не испытывал два таких разных чувства одновременно: страха и смеха.

– Что это на тебе надето? – добавил он, во все глаза, уставившись на Кендриксона.

– Что вы имеете в виду? – спросил тот, и, нащупав колпак, продолжил: – Ах, это… Замки такие холодные и старые. Я боюсь простудить уши и подхватить блох.

Как только он это проговорил, ночник на его прикроватной тумбочке погас. Комнату освещал лишь полный лунный диск, сквозь высокое окно замка.

– Что за черт?! – воскликнул писатель, и пошел к смежной, со своим номером, двери. Помощник, кряхтя, вылез из своей кровати и отправился следом.

– У меня есть фонарик,– говорил Сабатини, откуда-то из глубины комнаты. Из-за отсутствия освещения, он практически растворился в полумраке. Камин потух от сильного ветра.

Страшный лай повторился, и компаньоны замерли, кто – где стоял, боясь пошевелиться. Кендриксон даже икнул от страха.