Прощание с первой красавицей

Между тем Яковлев разлил спиртное и, взяв рюмку в руку, поднялся. Тут же вскочил и Шурик.

– Разрешите мне, – оттеснил бравый лейтенант Яковлева. – Как хозяину дома, так сказать.

Игорь Семенович недобро посмотрел на него и поморщился.

– Поскольку в основном, – поднял бокал с шампанским Шурик, – здесь собрались работники пера…

– И топора, – вставил Яковлев.

Шурик зыркнул на него злым глазом и, ожидая очередного подвоха, поторопился закончить тост:

– Я предлагаю выпить за них!

– За оборзевателей и рекоспондентов! Ура, товарищи! – закончил Яковлев.

У Шурика заиграли желваки на лице. Не дожидаясь, пока он сцепится с Яковлевым, Любимцева вскочила и рявкнула:

– Так выпьем же за нас! За четвертую власть!

Все чокнулись, выпили и заработали вилками.

– Людочка, как ты в Белокаменную съездила? – спросила Серафима, меланхолично наблюдая, как Яковлев и Шурик наперебой подкладывают на тарелку Вики лучшие куски, а та поочередно кормит обоих поклонников – протягивает им иссиня-черные мясистые оливки кончиками пальцев.

Мужчины снимали их губами. Все это походило на кормежку зверей в зоопарке и смотрелось глупо и смешно.

Любимцева поправила розовые цветочки-заколочки в выжженных перекисью волосах и мечтательно произнесла:

– Ой, хорошо съездила, Сима…

– Так расскажи, что было, что видела, – попросила та.

– Слушай, история со мной одна произошла… цирк, да и только! – Любимцева с хрустом закусила соленым огурчиком и продолжила: – Представляешь, прогуливаюсь по Москве и вдруг набредаю на фешенебельный бутик.

А там объявление: «Сегодня у нас распродажа, все товары по сниженным ценам, скидки – 50 процентов!» Конечно, я вошла. Смотрю, а там белье – просто отпад. И цены вполне приемлемые: сто, двести, самое дорогое – четыреста. Глянула в кошелек – почти две тысячи еще есть. Ну, я на радостях набрала и себе, и дочери, и сестре. Подхожу к кассе, а там выясняется, что цены-то – в долларах. А я, растяпа, думала, что в рублях. Чуть со стыда не сгорела! Жалко, конечно, уже размечталась перед молодым любовником в красивом белье покрасоваться…

– И что, ты так ничего и не купила? – огорчилась за нее Светлана.

– Господи, ты что, считать не умеешь?! – воскликнула Ковалева. – Цены были в долларах! У нее даже на одни приличные трусы не хватало!

Глаза у Светланы округлились, и она замерла, не в силах переварить услышанное. Стоимость белья размером в ее месячную зарплату поражала воображение.