Аэр. Смешок Невидимки

Те с готовностью вызвались помочь ей с переездом и ремонтом, и, несмотря на то, что их доброе отношение было так очевидно, неловко себя в их присутствии Кристл все-таки чувствовала первое время. И особенно остро – когда однажды уронила коробку с гвоздями на голову одного из доброжелателей, когда тот пришел к ней с предложением помочь. И хотя упала та коробка не с большой высоты, и ударить сильно не могла, Кристл тут же поняла – ее план понравиться всем соседям треснул по шву. И совершенно растерялась, когда распростертое на полу тело, засыпанное гвоздями, начало тихо хихикать.

– Третий раз, – вздохнуло тело, осторожно сбрасывая с себя гвозди и глядя на то, как побелевшая Кристл скатывается вниз по стремянке. – Должно быть, сегодняшний день отмечен для меня чем-то вроде проклятия. Ты третий человек, решивший отправить меня сегодня на тот свет. Я в порядке.

Кристл так и не поняла, зачем, в таком случае, он решил зайти к ней и предложить помочь с ремонтом, нарываясь таким образом на неприятности, но ограничилась лишь мольбами простить ее за неуклюжесть.

– Все в норме, иди. Буду подавать гвозди.

Впоследствии, Кристл неоднократно спрашивала себя, не случилось ли с ним тогда и в самом деле сотрясения по вине злосчастной коробки, так как после того случая сосед Стивен неожиданно решил сделаться ее другом Стивеном. И обратной трансформации не последовало. Ни спустя неделю, когда Кристл нечаянно пролила на него кипяток из чайника, ни через год, ни через четыре года, в течение которых Кристл десятки раз решала никогда больше с ним не разговаривать.

И так уж вышло, что за все это время ни ей самой, ни ему, ни разу не выпала возможность уехать на задание – Стивен ждал положенные пять лет, а Кристл и вовсе лишь недавно вернулась со своей второй миссии. Так что переживать слезные прощания и желать друг другу удачи случая до сих пор не представлялось. И, судя по появившимся на табло именам, еще долго не представиться – так как уехать им теперь предстояло одновременно.

Кристл фыркнула на ходу и, добежав до дома Стивена, рывком распахнула дверь.

В воздухе витал запах блинчиков – особенного лакомства, которым Стивен угощался, когда был расстроен. Эту привычку он приобрел еще до знакомства с ней, и эта причуда очень мило сочеталась с его суровой внешностью покоряющего горные вершины экстремала-норвежца.