Эхо прошлого. Книга 2. На краю пропасти

Стараясь не упасть и боясь свернуть случайно в сторону, Уильям сосредоточил внимание на затылке Мюррея и лишь поэтому заметил, что тот замедлил шаг.

Уильям решил, что это из-за него, и хотел сказать, что может идти, – по крайней мере, еще какое-то время. Однако Мюррей сначала глянул на идущего впереди могавка, а потом повернулся к Росомахе и тихо у него что-то спросил.

Росомаха напряг плечи, но потом расслабился.

– Я понял, она – твое чистилище, да?

Мюррей издал удивленный звук.

– Какая разница? Я спросил, как она.

Росомаха вздохнул и повел плечом.

– У нее все хорошо. Есть сын. Наверное, уже и дочь тоже. Ее муж…

– Да? – голос Мюррея стал тверже.

– Знаешь Тайенданега?

– Знаю. – Теперь в голосе Мюррея звучало любопытство. Уильяму тоже, в общем-то, хотелось узнать, кто такой этот самый Тайенданега и кем он приходится бывшей – или не совсем бывшей? – любовнице Мюррея. Хотя, нет, не любовнице. «Я больше не женат», – говорил он. Значит, жене. Уильям вспомнил Маржери и слегка посочувствовал Мюррею.

Последние четыре года Уильям почти не думал о ней, и ее образ поблек с годами, разъеденный горечью. Какая-то жидкость бежала по его лицу – то ли пот, то ли слезы. Должно быть, он сошел с ума. И что поделаешь?

Мухи теперь не кусали, а с жужжанием лезли в уши. Уильям сосредоточенно вслушивался в их гудение, убежденный, что они хотят сообщить ему что-то важное. Он слушал очень внимательно, но разбирал только бессмысленное сочетание звуков. «Шоша». «Ник».

«Осонни». Впрочем, последнее было словом, и он его знал! Оно означало «белый человек». Значит, мухи говорили о нем?

Он неуклюже почесал ухо, разогнав мух, и снова услышал слово «чистилище».

Поначалу он не смог вспомнить значение этого слова, и оно привиделось ему, покрытое мухами. Мало-помалу он начал осознавать окружающее: блестящий на солнце лошадиный круп, две полосы в пыли, прочерченные… чем? Вещь, сделанная из… постели, ах нет, из парусины. Его спальный мешок, намотанный на два оструганных деревца, волочащихся по земле… «Волокуша» – вот как это называется.

И кошка, там еще есть кошка. Она через плечо смотрит на него янтарными глазами и скалится.

Теперь с ним заговорила и кошка.

– Ты сошел с ума, понимаешь?

– Понимаю, – прошептал Уильям. Ответ кошки, произнесенный с шотландским акцентом, он уже не разобрал.

Он наклонился, чтобы лучше слышать. И словно поплыл по плотному, как вода, воздуху прямо в ее открытый рот.