Написано кровью моего сердца. Книга 2. Кровь от крови моей

 – Хэл выглянул наружу, убедился, что их никто не подслушает, и ответил: – Мне сообщил об этом Иезекиль Ричардсон, а я не поверю этому типу, даже если он скажет, что на моих штанах сзади дыра. А уж подобному известию…

– Твои предчувствия верны, – отозвался Грей. – Сядь и скушай хлебец. Мне есть что рассказать тебе.

***

Уильям проснулся с невыносимой головной болью и убеждением, будто он забыл что-то важное. Стиснув руками виски, он обнаружил на голове повязку и нетерпеливо стянул ее – она натирала уши. На повязке обнаружилось немного засохшей крови.

Смутно вспомнился вчерашний вечер – боль, тошнота, головокружение, дядя Хэл… и бледный, исхудавший отец. «Если нам есть что сказать друг другу…» О боже, ему это привиделось?

Он выругался на немецком, и чей-то юный голос тут же неуверенно повторил эти слова.

– Что они означают, сэр? – спросил Зеб, стоявший у кровати с накрытым крышкой подносом.

– Тебе не нужно это знать. И повторять не нужно, – садясь, ответил Уильям. – Что с моей головой?

Зеб удивленно поднял бровь.

– Вы не помните?

– Стал бы я спрашивать, если бы помнил?

Зеб сосредоточенно нахмурился, но смысл вопроса ускользал от него, и он пожал плечами, поставил поднос и ответил на первый вопрос:

– Полковник Грей сказал, что вас ранили дезертиры.

– Дезер… – Уильям осекся и задумался. Дезертиры-англичане? Нет… Ах вот почему ему на ум пришли немецкие ругательства! Смутно вспомнились гессенцы и… кто еще?

– Коленсо вылечился от поноса, – сообщил Зеб.

– Радует, что этот день хоть для кого-то начался с хорошего.

О боже. – Боль стрельнула в виски, и Уильям схватился за голову. – Здесь есть какая-нибудь выпивка?

– Да, сэр! – Зеб торжественно снял крышку с подноса, на котором обнаружилась тарелочка с яйцами всмятку, поджаренные хлебцы, кусок ветчины и стакан чего-то подозрительно мутного, от которого пахло алкоголем.

– Что это?

– Не знаю, сэр, но полковник Грей сказал, что это вам для опохмеления.

Значит, не сон… Отбросив эту мысль в сторону, Уильям с опасливым интересом изучил содержимое стакана.

Укрепляющее средство отца он попробовал впервые в четырнадцать лет, случайно перепутав его с пуншем, приготовленным для приема лорда Джона. С тех пор Уильям несколько раз употреблял это средство и находил его неизменно действенным, пусть и странным на вкус.

– Ладно, – сказал Уильям и, глубоко вздохнув, поднял стакан и героически осушил его одним долгим глотком.

– Ух ты! – восхищенно ахнул Зеб.