Скажи пчелам, что меня больше нет

Я вспомнила собственные ощущения и внутренне содрогнулась, будто меня столкнули с обрыва. Побледневшая Бри сглотнула и продолжила:

– Я… мы… Ты не можешь толком говорить и едва чувствуешь, что кто-то рядом держит тебя за руку. Но Мэнди – да и Джем – чуть сильнее нас с Роджером. Я – мы – услышали, как Мэнди воскликнула: «Дедушка! Голубая пикси!» И вдруг все перенеслись… на одну страницу, если можно так выразиться.

Роджер улыбнулся:

– Мы все подумали о тебе и об этой сказке с изображением голубой пикси.

А потом… очнулись на земле, почти разорванные на части, зато живые. В нужном времени. Вчетвером.

Джейми издал тихий гортанный звук – настолько невнятный, что даже я не разобрала. Я отвела взгляд и увидела, что Джем не спит, а, замерев, лежит с открытыми глазами. Потом он медленно сел, наклонился вперед и упер локти в колени.

– Не переживай, дедушка, – сказал внук хриплым спросонья голосом. – Не плачь. Ты привел нас сюда в целости и сохранности.

Часть вторая

Нет закона к востоку от Пекоса

11

Молния

Роджер резко остановился на краю поляны, и Брианна едва не влетела в него со всего маху, в последний момент ухватившись за плечо.

– Да тут черт ногу сломит! – тихо выругалась она, глядя на преградившие путь завалы.

– Это еще мягко сказано.

Конечно, все в Ридже – от Джейми до пятилетнего Родни Бердсли – говорили ему, что хижина, ранее служившая церковью, школой и масонской ложей, сгорела от удара молнии.

Это случилось год назад, когда Джейми и Клэр были в отъезде. Но одно дело – слышать, и совсем другое – увидеть собственными глазами.

Обгоревший дверной проем держался на честном слове – шаткое черное предисловие к обугленной пустоте. Брианна глубоко вздохнула, переступила через порог и встала, озираясь по сторонам.

– Большую часть досок растащили на угли для копчения мяса или изготовления пороха. Интересно, как у них обстоят дела с добычей серы?

Роджер взглянул на жену, не вполне понимая, говорит ли она всерьез или пытается поддерживать непринужденную беседу, пока они не отойдут от шока при виде руин его первой церкви.

Единственного места, где ему довелось по-настоящему служить священником, пусть и совсем недолго. Сердце сжало тисками, и горло тоже. Отбросив печальные мысли, он кашлянул.

– Собираешься изготавливать порох? Мало тебе было истории со спичками?

Бри явно не собиралась драматизировать.