Скажи пчелам, что меня больше нет

Уильям мог смело доверить Фанни собственному отцу. Только не сделал этого. Даже в голову не пришло.

Нет. Я ни о чем не жалею, эхом звучало в памяти. На мгновение он словно вновь ощутил прикосновение большой теплой ладони к своей щеке. Неожиданно кость от рыбы встала поперек горла, и Уильям закашлялся.

Маноке взглянул на него, но Уилли помахал рукой, и индеец вернулся к оживленной беседе с Джоном Синнамоном на одном из алгонквинских наречий.

Кашляя, Уильям встал и направился к колодцу за домом.

Вода была холодной и приятной на вкус.

Кое-как вытащив кость, Уилли напился и смочил голову. Смывая с лица грязь, он вдруг ощутил странное чувство покоя. Не умиротворение и даже не покорность судьбе, а лишь осознание, что если не получится все уладить – оно и к лучшему. Ему исполнился двадцать один год, он уже совершеннолетний, однако владениями Элсмиров по-прежнему управляют юристы и поверенные; ответственность за фермерские угодья и арендаторов все еще лежит на чужих плечах. Он сможет принять дела и вступить в права наследования, только когда вернется в Англию. Если вернется. Иначе… иначе что?

Наступили глубокие сумерки – его любимое время дня в этих краях. Как только начало темнеть, лес затих и в воздухе повеяло долгожданной прохладой; легкий ветерок бестелесным духом проносился по шелестящим кронам и охлаждал разгоряченную кожу.

Вытерев ладонью мокрое лицо, Уильям подумал, что мог бы остаться. Ненадолго. Чтобы ни о чем не думать. Ни с кем не сражаться. Просто замереть на время.

Глядишь, и проблемы начнут решаться сами собой.

Юный лорд Элсмир неторопливо вернулся на веранду. Маноке и Синнамон уставились на него с одинаковым загадочным выражением на лицах.

– Что-то не так? – Он обеспокоенно провел рукой по шевелюре. – У меня репей в волосах?

– Да, – ответил Маноке. – Но это неважно. А вот наш друг хочет тебе кое-что сказать.

Уильям удивленно глянул на Синнамона. Даже в наступившей темноте было заметно, что парень покраснел; опущенные плечи выдавали крайнюю степень смущения.

– Не робей, – Маноке мягко ткнул его локтем. – Рано или поздно тебе придется ему рассказать. Сейчас самое время.

– Рассказать о чем? – Уильям присел на корточки, оказавшись на одном уровне с Синнамоном, и заглянул ему в глаза. Губы индейца были плотно сжаты, однако он не стал отводить взгляд.

– О том, что ты спрашивал, – выпалил он наконец. – Раньше. Почему я оказался здесь… В общем, я пришел, потому что… не знал, откуда еще начать поиски.