Скажи пчелам, что меня больше нет

Джошуа говорит, что тот женился на Пегги Шиппен – полагаю, ее ты точно помнишь, – и что его привлекли к суду за спекуляции. Арнольда, не мистера Гринхау.

– Какого рода спекуляции? – спросила я, складывая письмо. Я и правда помнила Пегги, очаровательную восемнадцатилетнюю девушку. Понимая, какое действие оказывает на мужчин ее красота, она отчаянно флиртовала с тридцативосьмилетним генералом в надежде поймать того на крючок. – Понятно, почему генерал Арнольд хотел жениться на Пегги, но вот как ей взбрело в голову выйти за него?

Спору нет, Бенедикт Арнольд отличался редкой харизмой и животным магнетизмом.

А еще хромал на одну ногу и – насколько мне известно – не имел ни собственности, ни денег.

Джейми посмотрел на меня как на неразумное дитя.

– Как-никак он военный губернатор Филадельфии. Ее семья поддерживает тори. Ты ведь помнишь, что сделали Сыны Свободы с кузеном Пегги? Возможно, она боялась, что они вернутся за ней и спалят отцовский дом.

– Наверное, ты прав. – Свежий ночной ветерок начал пробирать через влажную сорочку, и я поежилась от холода.

 – Подай мне, пожалуйста, шаль.

– Что касается спекуляций Арнольда… – Джейми заботливо укутал мои плечи. – Это может быть все, что угодно. Он весь город распродал бы по кирпичику, окажись цена подходящей.

Я кивнула, вглядываясь в ночь, накрывшую нас своим бархатным покрывалом. На мгновение темноту пронзил сноп искр, вырвавшихся из печной трубы на другом конце дома. Они постепенно гасли во мгле, не долетая до земли.

– Бенедикта Арнольда не остановишь, – тихо сказала я.

 – Даже появись он сейчас передо мной – я и тогда ничего не смогла бы поделать. Ведь так? – Я вопросительно посмотрела на мужа.

– Так, – ответил он вполголоса и взял меня за руку. Его ладонь была большой и сильной, но такой же холодной, как моя. – Пойдем в постель, саксоночка. Я тебя согрею, а потом мы вместе полюбуемся луной.

* * *

Некоторое время спустя мы лежали в обнимку, согревая друг друга теплом своих тел, обнаженные и счастливые, несмотря на прохладу ночи.

Серебряный серп месяца опускался в западной части небосвода, позволяя звездам засиять еще ярче. Над головой шуршала парусиновая крыша, воздух был наполнен запахами растущих вокруг дома елей, дубов и кипарисов. Одинокий светлячок, сбитый с курса порывом ветра, приземлился на подушку рядом с моей головой, мерцая бледно-зеленым брюшком.

– Oidhche mhath, a charaid[58 - Спокойной ночи, дружок (гэльск.).], – сказал ему Джейми.