Скажи пчелам, что меня больше нет

– Может, папе нужна помощь?

– Ерунда – это всего лишь молодой олень! Дядюшка управится с ним в мгновение ока. – Подойдя к краю уступа, Йен крикнул: – Мы с Бри пойдем поохотиться на индеек, a br?thair mo mh?thair![11 - Брат моей матери (гэльск.).]

Внизу наступила мертвая тишина, а затем из колючих кустов высунулась всклокоченная голова Джейми: спутанные волосы упали на глаза, раскрасневшееся лицо оцарапано в кровь – руки тоже. Вид у него был крайне недовольный.

– Йен, – послышался наконец строгий голос, достаточно громкий, чтобы перекрыть звуки леса.

 – Мак Йен… мак Йен!..

– Мы скоро вернемся! Поможем отнести мясо! – прокричал в ответ племянник, весело махнув рукой. Затем взял дробовик и, встретившись глазами с Бри, мотнул подбородком в сторону вершины скалы. Бри глянула вниз, но отец уже скрылся в зарослях – потревоженные ветки продолжали качаться по инерции.

И куда подевались все ее навыки поведения в дикой природе? Утес казался абсолютно неприступным, но Йен карабкался вверх с ловкостью мартышки.

Поколебавшись, Бри двинулась следом, хватаясь за те же выступы, что и брат. Ноги то и дело соскальзывали, обрушивая комья земли.

– Йен мак Йен мак Йен?.. – удивленно спросила она, взобравшись на скалу и вытряхнув набившуюся в ботинки грязь. Сердце колотилось от непривычной нагрузки. – Это примерно как я называю Джема «Джеремайа Александр Йен Фрэзер Маккензи», когда сержусь?

– Что-то вроде того. – Йен пожал плечами. – «Йен, сын Йена, сын Йена…» Смысл в том, чтобы указать на недостойное поведение – мол, позоришь предков.

Он был в грязной ситцевой рубашке с оторванными рукавами; на загорелом плече виднелся белый шрам в виде четырехконечной звезды.

– Откуда это? – спросила Бри.

Скосив глаза на рубец, Йен пренебрежительно отмахнулся и зашагал вперед через небольшой горный хребет, показывая дорогу.

– Пустяки, – сказал он. – Один ублюдок-абенаки пронзил меня стрелой в битве при Монмуте. Денни через пару дней ее вырезал. Дензил Хантер, – уточнил Йен, поймав ее непонимающий взгляд.

 – Брат Рэйчел. Он врач, как и твоя мама.

– Рэйчел! Твоя жена?

Лицо кузена расплылось в улыбке.

– Она самая. Taing do Dhia. – Йен быстро глянул на сестру, неуверенный в ее знаниях гэльского.

– Я помню фразу «Слава Богу», – заверила она. – И не только! Большую часть плавания через Атлантику Роджер повторял со мной G?idhlig… Па сказал, что Рэйчел из квакеров, – обронила Бри, перепрыгивая с камня на камень через небольшой ручей.

– Так и есть.