Скажи пчелам, что меня больше нет

 – И священник? Как же ты распустил свою жену? Хорошенький из тебя священник, если позволяешь своей женщине быть последовательницей Папы, сея и взращивая семена зла и раздора среди соседей!

– Матушка! – одернул капитан.

Старуха не дрогнула, а лишь повернула суровое лицо к сыну.

– Так и есть, – заявила она и кивнула в сторону Брианны: – Девчонка говорит, что Джейми Фрэзер – ее отец. Стало быть, – она в упор посмотрела на Бри, – твоя мать – Клэр Фрэзер?

Бри глубоко втянула воздух: хижина была аккуратно прибрана, но совсем мала, и запас кислорода в ней, казалось, сокращался с каждой секундой.

– Да, – спокойно ответила она. – Мама просила засвидетельствовать вам свое почтение и сказать, что, если кто-нибудь у вас в семье заболеет или поранится, она будет рада прийти и помочь. Она целительница и…

– Фью! – повторила миссис Каннингем. – Уж не сомневаюсь, она бы пришла, только я не дам ей такого шанса, заруби себе на носу, девочка. Едва я услышала об этой женщине, так посадила ромашку и остролист у двери.

Ни одна ведьма не войдет в наш дом, так и знай!

Ощутив прикосновение Роджера на своей руке, Бри невозмутимо глянула на него. Старуха не выведет ее из себя. Его губы на миг дрогнули, и он отпустил руку жены, повернувшись не к миссис Каннингем, а к капитану.

– Как я уже сказал, – любезно продолжил Роджер, – я пришел не затем, чтобы проповедовать. Я уважаю искреннюю веру. Однако мне любопытно: один из моих соседей упомянул термин «Голубой свет» по отношению к вам и вашей семье, капитан.

Интересно, не могли бы вы объяснить мне его значение?

– А-а, – сказал Каннингем, довольный тем, что уж по этому поводу у его матери не найдется возражений. – Ну, сэр, раз уж вы спросили… Термин применяют к морским офицерам, которые проповедуют христианскую теологию на своих кораблях. «Голубые огни» – так нас называют, подобно светочам во тьме, указывающим истинный путь.

Говорил он скромно, но с гордо поднятой головой и вздернутым подбородком.

Его глаза – бледнее, чем у матери, – глядели настороженно, гадая, как Роджер воспримет услышанное.

Роджер улыбнулся.

– То есть вы сами в некотором роде богослов, сэр?

– О… – Капитан слегка приосанился. – Чересчур громко сказано, но я и в самом деле написал несколько трудов – так, собственные мысли на этот счет, знаете ли…

– Что-нибудь уже опубликовано, сэр? С превеликим интересом ознакомился бы с вашими воззрениями.