Стрекоза в янтаре. Книга 2. Время сражений

 – Это мериносы – собственное стадо Дженни. Она держит их ради шерсти. Баран оказался настоящим хулиганом. Сломал ворота. Я думал, что они где-нибудь здесь, в поле, но их нигде нет.

– Мы тоже не встретили их по пути, – заметила я.

– Да там их и не могло быть, – возразил Айен. – Ни одна скотина не пройдет мимо того дома.

– Дома? – переспросил Фергюс, сгорая от нетерпения поскорее прибыть на место. – Я не видел никакого дома, милорд. Только груду камней.

– Это все, что осталось от дома Макнаба, парень, – пояснил Айен.

Он бросил быстрый взгляд на Фергюса, силуэт которого отчетливо вырисовывался на фоне вечернего неба.

– И я бы советовал тебе держаться подальше от того места…

Несмотря на жаркую погоду, мурашки поползли у меня по телу. Именно Рональд Макнаб выдал год назад Джейми английскому патрулю. И погиб в тот же день, как только выяснилось, кто предатель. Он сгорел, насколько я помнила, в собственном доме, подожженном жителями Лаллиброха. Груда камней, которую мы миновали полем, казалась теперь надгробным памятником.

– Макнаб? – тихо переспросил Джейми. Выражение его лица сразу же изменилось. – Ронни Макнаб?

Я рассказывала Джейми о предательстве Макнаба и о том, что он погиб, но ни словом не обмолвилась о причине его гибели.

Айен кивнул:

– Да. Он погиб здесь в ту же ночь, когда англичане схватили тебя, Джейми. Должно быть, соломенная крыша загорелась от искры, а вместе с домом сгорел и он. Ведь ты знаешь, он был большим любителем выпить.

Айен стойко выдержал взгляд Джейми, в котором не осталось и следа от шутливой задиристости.

– Вот оно что. А его жена и сын?

Выражение лица Джейми стало таким же, как у Айена, – холодным и бесстрастным.

– Они остались в живых. Мэри Макнаб работает на кухне в доме, а Рэбби – в конюшне. – Айен невольно взглянул через плечо туда, где когда-то стоял дом Макнаба. – Мэри часто приходит на родное пепелище. Она – единственная в округе, кто бывает там.

– Наверное, она любила его?

Джейми повернулся и тоже посмотрел на пепелище.

Айен пожал плечами.

– He думаю. Пьянчужкой, и к тому же задиристым, был этот Ронни. Даже его старой матери доставалось от него. Мне кажется, Мэри ходит сюда из чувства долга, помолиться о его душе, – добавил Айен.

– Понятно.

Джейми задумчиво помолчал с минуту. Потом забросил поводья за спину лошади и стал медленно подниматься вверх по холму.