Небо на троих… и два дракона в подарок!

И светила не сверху, а царила в воздухе меж крылатых силуэтов.

Приглядевшись, я поняла, что это вовсе не Солнце!

Между двумя драконами в воздухе парила огненная птица!

Крупная, размером с человека в полный рост…

Но на фоне крылатых ящеров, конечно, совсем кроха. Пташка…

Которая только что приручила этих самых ящеров. Я поняла это ясно, как Пламень, почувствовала: с этого дня, с этой минуты они за неё жизнь отдадут.

Хоть сами ещё даже не подозревают об этом.

Возвращаясь в реальность вместе с пришедшей себя Фирузи, я увидела, как уже другой дракон усаживается в кресло перед ней.

Тродор… Платиновый… Тот, что лишил её невинности.

– Вылижи его, детка, – нарочито грубо приказал Тродор и потрепал принцессу по смуглой влажной щеке.

Но меня эта грубость уже не могла обмануть. Не могла она обмануть и принцессу. Которая смотрела на дракона уже иными глазами.

Золотой же дракон был уже сзади и в это время раздвигал половинки попки в стороны, обильно смачивая слюной сжавшийся смуглый кружок ануса.

– Надо и вторую твою дырочку начать разрабатывать, пташка. Привыкай, что в попку тебя будут трахать так же часто, как и в ротик.

Фирузи не успела до конца осознать происходящее, на контрасте со встречей с истинными драконами физическая реальность оказалась слишком грубой и плотной. Но, когда гладкая и твёрдая, огромная – по ощущениям, так чуть ли не размером с кулак! – головка надавила на попку, проникая внутрь, захныкала от неожиданной боли и непривычных ощущений.

Остатки пережитого оргазма, продолжающие сладко потряхивать всё тело, мигом улетучились. Горячая волна потекла изнутри по бёдрам, Фирузи ощутила себя бабочкой, насаженной на булавку. Она попыталась отстраниться, но мужские руки крепко сжали её бёдра, эрегированный член медленно проникал в тесную глубину, раскрывая её сантиметр за сантиметром.

Эштард сдавленно стонал сквозь зубы, шумно дышал, шептал что-то бессвязное о том, какая она тугая, какая тесная…

– Эй, детка, – шлёпнул её по щеке Тродор.

 – Ты слышала, что я сказал? Вылижи хорошенько мой член и яйца, и, так и быть, я сегодня не буду пороть тебя.

Пороть?! Да что за варвары эти захватчики?! И что за шлюха она сама, когда внутри всё так и задрожало от сладкого предвкушения при звуках этого низкого, хриплого голоса. Даже боль внезапно отошла на другой план. А потом и вовсе отступила… Вместо неё пришло неестественное, запретное и очень постыдное удовольствие.