Пламя в крови

Ну конечно!

Дракон! Это из-за чешуйчатого захватчика перекроили расписание, пропустив ньорит вперёд! Гад же прилетел выбирать ту из нас, кто сможет зачать, не осыпавшись кучкой пепла от драконьего пламени!

Просто из-за другого гада, по чьей вине я щеголяю сейчас всего в половине артефакта-блокиратора, о главном гаде я и забыла! Кто бы мог подумать, что встреча с незнакомцем так мне мозги отшибёт. Как во сне всё…

Вот же пламень нестабильный!!!

Остаётся надеяться на милость Рарога, что мою «неустойчивость в магии» чешуйчатый спишет на неумение контролировать дар и «отвратит от недостойной грозные очи».

Обратит их… да на ту же Анису, к примеру! Подруга спит и видит себя хозяйкой драконьего замка, в окружении выводка драконят, да. А я не для того заканчивала лучшую магическую академию королевства, чтобы…

Сердце пропустило удар. Вместо того, чтобы взойти с гордо поднятой головой на первую ступень я со всей дури врезала по ней носком туфли. Но боли не почувствовала.

Я, кажется, навсегда утратила способность чувствовать и соображать, когда подняла взгляд ещё выше.

На того, кто сидит на троне.

Чёрный камзол. Чёрные волосы. Чёрные глаза с огненными сполохами на смуглом, нечеловечески красивом лице…

Тот самый маг! С бархатистым, раскатистым голосом и огненным даром такой силы, что моя выдоенная практически досуха магия восстановилась практически мгновенно в его присутствии!

Тот, кто не просто повелевает стихиями.

Кто естьсама стихия.

И… кто прибыл в Альдейн для того, чтобы забрать в свой замок самую сильную пиромагиню…

Дракон, заметив, что я смотрю на него, кивнул мне, как старой знакомой, отчего сердце застрочило, как бешенное, норовя пробить грудную клетку.

Я поспешно отвернулась к арене и табло равнодушно отразило моё лицо крупным планом, демонстрируя замершие на нём эмоции всему амфитеатру.

Шок. Растерянность. Уязвимость.

Собственное лицо показалось мне чужим.

Широко распахнутые глаза под угловатым полем красной академической шапочки. Неправдоподобно большие, чуть ли не в пол лица.

Беспомощно приоткрытые, побледневшие губы. Кожа – и без того бледная – сейчас могла сравниться по цвету со снежной шапкой на вершине горы. Светло-русые локоны рассыпаны по плечам, на кончиках потрескивают крошечные искры.

Время застыло. Наступившая тишина звенела в голове и в воздухе, давила со всех сторон, вгоняла в ступор.

Я резко обернулась, вновь встретившись взглядом с драконом.

И увидела в его глазах собственный приговор.