Путь искушения

Судя по тону сообщения, русалка была не против выйти из комнаты и немного развеяться. Мишель, в свою очередь, хотелось отвлечь подругу от тяжелых мыслей, которые, несмотря на посещение одной из лучших клиник Вилскувера, явно присутствовали.

– Думаю, это все, адептка Хольде, – вырвал ее из размышлений магистр, отключая ауросканер.

Мишель поднялась и подошла к панели. Стоя за спиной магистра, она принялась вглядываться в яркие сполохи, окружающие ее силуэт, с любопытством. Вот значит, как выглядит снимок ауры?

Магистр истолковал её любопытство по-своему.

– Это только первоначальные отпечатки, – сказал он важно. – Так сказать, костяк. Он будет дополняться по мере расшифровывания данных, полученных сегодня. Так что точные результаты будут не раньше недели.

Недели? Так долго? Мишель рассчитывала на более скорый результат.

– Видите ли, адептка Хольде, ваш пассивный дар векторной магии третьего уровня и абсолютная устойчивость к воздействию арахнидов – это настолько диаметрально противоположные феномены, что вообще непонятно, как это связано.

– Я вижу память вещей только во время сильного стресса, – сказала Мишель, помешкав.

Вдруг это может как-то помочь ее обследованию.

Не все попытки «разговорить» лабораторные реликвии были провальными, кое-где она видела образы, даже слышала голоса, за что удостоилась похвалы от ведущего специалиста по артефакторике, но все же те два раза – с Владом, а затем с джинном Дэенисом оставались самыми яркими.

– Да-да, – рассеянно ответил магистр, вглядываясь в показатели приборов. – Я внесу это в анамнез. Что для вашего дара норма обостряться в то время, когда вы находитесь в крайне нестабильно-эмоциональном состоянии…

– Я могу ещё быть чем-нибудь полезной? – спросила Мишель и магистр Хольдер обернулся на неё с таким видом, словно впервые видит.

– Тогда я, пожалуй, пойду, – пробормотала Мишель.

Дождавшись кивка и напоминания о завтрашней лабораторной работе, Мишель покинула лабораторию магистра Хольдера.

***

Лаборатория исследования магических тварей с примыкающим к ней кабинетом магистра Хольдера располагалась на первом этаже лабораторного корпуса.

На выходе из восточного крыла Мишель обнаружила, что входные двери закрыты.

Должно быть, в связи с окончанием занятий закрыты все выходы, кроме главного, решила она.